Первый. Второй том

Ночной переход упёрся в небольшую речку, затейливо петляющую, подходя под самые корни часто выросших на берегах ив.

Расположились на ночь тесно, ничего не видя в темноте, а потому устраиваясь не самым практичным способом, а инстинктивно сбиваясь стайками. Венька подмял под себя Вассу и спал с завидной крепостью. Утомившийся и сбившийся с ритма суток Жако проснулся на излёте летней ночи. В близости реки света было больше, дальше открывалась заросшая разнотравьем значительная поляна.

Худой строгий силуэт в тёмной одежде уже был на ногах.

Маг не стал задерживаться на стоянке, посчитав, что пока можно обойтись без него. Жако попрощался с ним наклоном головы и пошёл к речке.

Медленная, завешанная кронами, дающими тень. Жако снял надетые на грязное тело куртку и рубашку, обе вещи выданы Магом, обе сильно поношены, но ещё служат. Постирать бы только, а так вполне.

Голую грудь пощипывало зябким воздухом от реки. Жако передёрнул плечами, продолжая чувствовать утомление вчерашнего дня и ночи.

Глотка. Если её упустил, бери на совесть сразу сотню жизней. А когда не упустил – с натруженных плеч будто слетало немного утомления.

Жако купался в реках с тех пор, как встретил Виталия. Даже в прорубь заходил. Так что помыться в весенней воде было не так уж безумно. Ведьмак снял штаны, решив всё-таки воздержаться от стирки. Сейчас не время.

Над тёмноватой непрозрачной водой разнёсся хрустальный смех. Ведьмака больше доколёбывали мужчины, женщины хохотали со стороны, носясь полдня между стволами и даже залетая на них.

Вампиры по нынешним небоевым временам жили долго, а потому страдали от хандры и безделья. Жако не был удивлён их развлечениям. Другое дело, что в повседневной жизни мертвяки предпочли бы не заступать ему дорогу, а тут распоясались от вседозволенности. Интересно, что Венька выбрал себе в сопровождение вампиров – зачем лишний раз напоминать Магу о не самых радужных событиях детства? Маг ничего не забывает…

Вампирша призывно стояла на середине реки.

Белая кожа, точёные контуры шеи, снисходящая волна чёрных мокрых волос, накрывающая сзади как капюшон кобры…

– Иди ко мне, – с хрипотцой слетело с чётко очерченных губ.

Можно представить, как развлекались утратившие часть восприятия вампиры ночью. Они не чувствовали вкусов, знали только жажду. Ели достаточно редко, погружаясь в промежутках в экономичное вялое состояние, при этом имели человеческое сознание. Десятки ночей они будоражили себя близостью.