Адорай Шахлер

– Хах. А я как знал, уже дал команду столовой. Скоро завтрак будет готов. Поверь, готовят они, как боги

По худощавому маленькому лицу пробежала улыбка. Прошло несколько неловких минут молчания.

– А вы правда маму знали?

– Конечно, и не просто знал. Мы с ней были друзьями. Ты же просился в лагерь? Помнишь? Вот, а она просто вспомнила о старом приятеле

Главное сейчас, чтобы он знал, что мама его не бросила, рану от того, что тебя бросили, потом не чем не вылечить.

– Я хочу быть сильным. Ну… вы спрашивали

– Отлично! Смотри, да ты у нас ещ? не последний трус оказывается

– Конечно, я не трус… Очень сильным, чтобы дом мог поднять.

А ещ? хочу никогда не болеть, чтобы кто-то меня так бам, а мне вс? равно.

Мальчик стал размахивать руками, видимо пытаясь что-то показать. Но вс? это было скованно и из-за этого мало понятно.

Я уже испугался, что про «болеть» речь не зайд?т. Но всё же смерть т?ти от рака, посадила нужное мне семя.

Каждый раз поражаюсь, что у детей тоже есть самолюбие, через которое ими можно манипулировать.

Пока вс? ид?т как надо. Хорошо, хоть стрелять из глаз не хочет, а то они все какие-то помешанные на этом.

– Классно. Хороший выбор. А зовут-то тебя вс? таки как?

– А, я, я Рома. Рома Бь`юканин

– Ну, что Рома, а если я тебе скажу, что я могу сделать из тебя супергероя?

– Правда, можете?

У него аж глаза горят. Идеален. А трусить и бояться может любой человек, это даже составляет большинство человеческой жизни, такова наша природа.

– Конечно, но тебе надо будет подчиняться дисциплине и внимательно слушать, что я говорю. Договорились?

– Ага

– Тогда давай руку, пойд?м поедим, а потом я покажу тебе базу

Я вам всем докажу, что не псих. Рано вы мне место в дурке освобождаете. Рано. Хах. Уже скоро вы узрите мо? творение. И оно поразит наш заурядный человеческий разум.

***

Лестницы, комнаты, мерцающий свет. Поворот вправо, вверх, влево, вниз, прямо, вправо… Сотни метров петляющего пути и мужчина с мальчиков вновь у двери 001.

Рома вс? ещ? был робок и скован. От резких звуков он в испуге вздрагивал. Однако за Адорая он держится крепко: его тоненькие белые пальчики чуть ли не впивались в большую грубую мужскую руку.

– Ну что, как тебе?

– Круто. Но всё такое пустое и страшное. Не похоже на детский лагерь.

– Ну, лагерь пока больше в разработке. Ты здесь первый, но скоро сюда приедут ещ? дети, и станет повеселее. А пока так.