Потаённых дел мастер

А ведь каждый человек эгоист по натуре и мнит себя центром мира, так как же так выходит, что одни слушаются других? И ладно ещё, когда слабые слушаются сильных, так ведь сильные слушаются слабых в большинстве случаев! Что заставляет всех вставать в присутствии одного? Слушать, даже если не интересно? Делать то, что не хочется? Почему вообще люди готовы подчиняться, если подчинение должно противоречит их природе?»

– Может, вы меня отпустите? – спросила она.

Несколько секунд атаман смотрел на девушку не мигая, а потом разразился гортанным смехом.

Кира обиженно насупилась: да, просьба была, мягко говоря, невыполнимая, но зачем же так грубо реагировать?

Когда главарь, наконец, отсмеялся, она с раздражением поскребла ложкой в миске и снова заговорила:

– Послушайте, но ведь это же бесчеловечно. Вы везёте живого человека на съедение дракону! Поставили бы себя на моё место…

– Я на твоем месте никогда не окажусь, – зевнул атаман.

 – Хотя бы потому, что у меня волосы тёмные, и я не девушка. За тебя заплатят настоящими драгоценностями, – доверительно понизив голос, прибавил он. – Рубинами.

– Много? – хмуро спросила Кира.

Атаман кивнул и довольно осклабился.

– Жадность – порок, – нравоучительно заметила девушка и со вздохом отставила пустую миску.

На следующий день за пару часов до полудня они вышли к реке. Видимо, через лес проходило русло одного из притоков ясноградской реки.

Здесь, в низине, вода едва доставала людям до щиколоток. На другом берегу лес менялся до неузнаваемости: трава имела цвет фиолетовых чернил, деревья стояли, скрючившись, нижние ветки торчали в стороны как рога… проще говоря, местность по ту сторону реки выглядела далеко не дружелюбно.

Разбойники спешились и перешли реку вброд, собираясь продолжить путь, одна только девушка упёрлась:

– Туда нельзя, – заявила она.

– Почему это? – удивился атаман.

Кира показала на деревянную табличку, вбитую в землю возле воды, такую старую, что дерево растрескалось и покрылось лишайником.

– Это запретный лес. Видишь, написано на табличке: «Опасно! Запретный лес».

– Чепуха!

Атаман с преувеличенно бодрым видом шагнул вперёд, остальная шайка обменялась неуверенными взглядами, но гордость и, что важнее, страх перед главарём не позволили им высказывать сомнения вслух.