Злой город. Петрополь

Циничность собственных рассуждений удручала, но девушка решила, что положение создалось такое, что единственные богатства, оставшиеся в её распоряжении, это собственная внешность и умения, больше опереться не на что.

– Я скрипачка, – ответила Анна, снимая футляр. – Если вы меня возьмёте, и согласитесь платить пятнадцать рублей в месяц, то получите не только официантку, но также уборщицу и музыканта – я смогу играть в перерывах.

Трактирщик скрестил руки на груди и снова оглядел девушку, но уже гораздо внимательнее.

– Предыдущей я платил восемь, – медленно выговорил он. – И за эти деньги она ещё и прибиралась вечерами. А музыкант мне не нужен.

– Такой, как я, нужен, – нагло заявила Анна, решив идти ва-банк. – Послушайте, а потом решите, стою ли я таких денег.

Она положила на стол шляпку, сняла пальто и аккуратно повесила на спинку стула, поддёрнула рукава повыше локтей. Трактирщик следил за её манипуляциями с любопытством, что уже обнадёживало. Она подняла скрипку и стала ногой отбивать ритм, ускорясь, смычок описал ровный полукруг, и она заиграла.

С первых же нот песни хотелось пуститься в пляс, такое играли в ирландских кабаках. Преподавательница в училище, мисс Вайт, внешне строгая и даже чопорная дама, частенько развлекала своих учениц музыкой разных народов и современными мелодиями, чтобы они не заскучали в окружении помпезных и торжественных мотивов классики. Анна схватывала на лету, иногда ей хватало несколько раз послушать мелодию, и она могла тут же воспроизвести её на скрипке. Если и не сразу, то, во всяком случае, припомнить и восстановить по памяти. Мелодий и песен она знала без счёта, среди них достаточно таких, которые подошли бы для трактира.

Резко оборвав мелодию, Анна опустила смычок.

– Так что? По рукам?

Трактирщик поскрёб щетинистый подбородок, раздумывая.

– Десять.

– Вы ведь получаете три работника в одном лице, – возразила Анна.

– Зачем мне скрипач? – ответил трактирщик. – Неизвестно ещё, понравится ли здешней публике твоя игра.

– Вам понравилась, – резонно заметила девушка.

Трактирщик махнул рукой.

– Четырнадцать, – сказал он. – Если твоя музыка принесёт прибыль, увеличу жалованье. Идёт?

«Минус восемь за комнату, остаётся шесть рублей, это… около двадцати копеек в день», – быстро подсчитала Анна и чуть не расплакалась.

– Идёт, – ответила она вслух.

– Приходи вечером, – велел трактирщик, – к шести. Не опаздывай и скрипку не забудь.