Игорь

Люди не понимают ценности естественности, их нос не разбирает ничего толкового, им всё сладко-свеже-терпко-вонь, будто ничего больше нет, потому парфюм у них самый примитивный, сшибающий с ног, такой, что их приближение можно разобрать за квартал, и то что интенсивность запаха превращает его в вонь их уже не трогает…

Оставшись голым, Игорь на коленях вытер пол неприлично дорогой рубашкой благородной итальянской марки и отправил её вместе со всем остальным в мусорную корзину. Она стояла рядом с бельевой, обе смердели свежеоформленной пластмассой.

После покупки пытался проветрить у открытого окна, но корзины тут же понадобились, перенёс в ванну, рассчитывая потом довести дело до конца, но пока ничего из этого не вышло. Несколько раз оставлял проветриваться, уже надоело выгуливать их по квартире к окошку, дух пластмассы никуда не делся.

Теперь нужно было смыть запах другого мира. Предпочитающий холодный душ мужчина врубил кипяток. Въедливый рыбный дух не отступал. Игорь драл кожу докрасна жёсткой щёткой, вторая половина, видимо, пользовалась ей как пемзой.

Кстати о второй половине. Бессмертный чувствовал её дыхание. Результаты анализа на совместимость появились вечером, пришли с курьером из клиники. Несовместимы. Не сошлись половинки.

Вернувшись в первом часу, решил поесть, прежде чем говорить. Прежде чем начнётся битьё посуды.

Она уже спала. В легкомысленной прозрачной… собственно Игорь не знал, как это называется, трудно было поверить, что это одежда, в сущности, она была голая и сжималась в клубок от холода.

До результатов анализа он бы лёг рядом и согрел бы её своим теплом, теперь не было смысла. Он и не любил её. Она была красавица, она была ласкова, но Игорь бы предпочёл неласковую и даже некрасивую, но способную подарить ему наследника. Женщины его интересовали в смысле воспроизводства, можно было бы без них обойтись – не стал бы связываться.

Наследник – всё, о чём он был способен мечтать. Когда встречал новую женщину, когда засыпал и просыпался, когда ехал на работу и когда возвращался, когда сидел на заседании Совета, в каждой миссии в другие миры, каждый день все двадцать три часа из суток, которые хранила его память.

Поэтому стоя абсолютно голый и разгорячённый после душа, он равнодушно и отстранённо смотрел на чертовски соблазнительную женщину, которая только того и ждала, что он ляжет с ней и сделает всё, что пожелает. Игорь накрыл её одеялом и ушёл на диван.