Любовь к трём преступлениям. Основано на реальных событиях

– Ох! – только и сумела выдохнуть она при моём неуклюжем появлении.

– Пардон, мадам, – зачем-то по-французски брякнул я. Но тут же, смутившись, перешёл на английский: «Извините, мне очень жаль, что я вас напугал. Тысячу извинений, мисс!». И тут же пробурчал по-русски: «Выскочила, как Анна Каренина перед поездом»….

И она рассмеялась.

– Я, кажется, поняла. Вы – русский, – заявила она уверенно. – Я читала вашего Льва Толстого. И вы сказали «Анна Каренина». Я её знаю. Она бросилась под поезд.

– Простите меня, мне очень жаль, – только и мог ответить я, от смущения растеряв свой английский, которым в общем-то блистал и в кадетском корпусе, и потом, на дипломатической работе.

 – У вас может сложиться из-за меня плохое представление о русских….

– Ну, что вы! Это всё туман. Я понимаю. Только я не хотела бросаться под поезд, – внезапно погрустнев, сказала она. – Я хотела прыгнуть с моста, утопиться.

– Простите, я не хотел вам мешать…, – начал я, но понял, что несу чепуху, тут же решил исправиться: – Вернее, я… хорошо, что я вам помешал.

Не делайте этого, пожалуйста! Нет ничего важнее вашей жизни, вашей красоты и молодости, извините меня за столь дерзкие слова. У нас никто не одобряет поступка Анны Карениной.

– Я тоже его не одобрила, когда читала роман. Но сейчас обстоятельства сложились так…, – она замолчала.

Молчал и я.

Что тут скажешь? Расспрашивать человека о его горестях? Пытаться уговаривать? Совестить? Грозить божьими карами? Или развернуться и уйти?

– Вам, наверное, холодно, – услышал я свой глухой от волнения голос.

Кивнул на её кисейное платье.

Она стояла ко мне боком, пристально вглядываясь в чёрную бездну, забеленную туманом.

– Словно кофе со сливками, – кивнула она за перила моста. И добавила горько: – Без сахара.

– Вам, наверное, холодно, – повторил я.

– Не знаю, – ответила она растерянно. Потом, словно собравшись с мыслями: – Я оставила в машине меховое манто. Она там, на той стороне моста.

– Так пойдёмте, наденем его, – сказал я и тут же поправился: – Вы наденете его.

– Вы нарочно меня смешите, русский мужчина, – с печальною улыбкой проговорила она. И тут же поинтересовалась: – Что же вы тут делаете? Подозреваю: заблудились в нашем туманном лондонском лабиринте….

– Ну, какой же это лабиринт? – горячо возразил я. – У вас всё по линеечке: стрит и авеню, это в Москве лабиринты. А тут я просто промахнулся, чуточку заблудился. Сейчас вернусь и поищу Блэкфрайарз бридж. А там и до Бейкер-стрит недалеко.