Чернокнижник. Неистовый маг

Было видно, что ему уже вконец надоел весь этот фарс, но что-то не давало ему просто взять и уйти.

Александр не пытался скрывать свои чувства по отношению ко всему окружающему. Что он точно не собирался делать, так это лебезить перед своими похитителями. Даже если от этого зависела его жизнь.

– Ярость и гнев. Он явно не рад вас видеть, не так ли, мессир Ольгерд? Одежда какого-то рабочего. Черты лица грубые. Все это говорит скорее о его плебейском прошлом. Человек низкого происхождения не может быть помощником тысячника императорской стражи.

Вы же это понимаете?

Архимаг нахмурился. Было видно – он совершенно не рад, что его собеседник все усложняет. Тот должен был принять человека, а не задавать неудобные вопросы.

– Я прошу вас принять его и позаботиться о его дальнейшей судьбе. Как только я его передам вам, меня совершенно не будет интересовать, как именно вы станете о нем заботиться, – предельно четко ответил Ольгерд.

– Проклятье! – поморщился воин.

 – Все эти ваши «мажеские» штучки и договоры… Все у вас не как у нормальных людей. Не люблю брать на себя ответственность за то, что не понимаю.

– Вы мне должны, ваша светлость.

– Лишь поэтому я здесь. Хорошо, я беру его. Развеивайте свою магию, мессир архимаг.

Миг – и Кузнецов приземлился на ноги. Он почти не покачнулся, так как был готов, напрягая и расслабляя мышцы ног весь конец разговора.

– Следуй за мной! – четкая команда, и Алекс послушно пошел за тем, от кого теперь зависела его дальнейшая жизнь.

Правда, в дверях он не отказал себе в пристальном взгляде на архимага. Постаравшись в точности запомнить его лицо. Но тот не смотрел на своего бывшего пленника, о чем-то опять задумавшись.

Александр Кузнецов был мстительным человеком, и он не собирался прощать мага. Он не питал иллюзий: если бы старик мог их убить, он не сомневался бы и секунды.

Пока они шли, Алекс безостановочно вертел головой, запоминая окружающие красоты.

А посмотреть было на что. Дворец императора, а это не могло быть ничто иное, выглядел богато.

Многочисленные гобелены, висящие на стенах, статуи рыцарей и даже различных монструозных чудовищ. Пол часто представлял собой мозаику. Потолки тоже иногда расписаны картинами.

Взгляд притягивали и большие застекленные окна. Только стеклышки маленькие и вставлены в частые ячейки рамы. Очевидно, делать большое цельное стекло они еще не научились.