Хранители Ока Петры. Хроники Руны

– Предлагаю сойти с дороги и остановиться вон у той рощицы, – Весельчак показал пальцем на растущий неподалеку подлесок. – Мы с Пакостником быстро проверим местность.

– Заодно и хвороста подсоберите, пока еще совсем не стемнело, – приказал десятник.

– Сделаем, – Пакостник шутливо отдал честь и погнал лошадь в сторону деревьев.

– Я с ними, – сказал Драчун. – А то получится как вчера. Насобирали влажных веток, в итоге больше дыма от костра, нежели тепла. Сам сушняка наберу.

Пушистый решил, что такое ответственное дело, как сбор хвороста, легко обойдется без него.

Он вылез из-под рубахи вудса и одним прыжком сиганул на спину Руби. За время пути эта парочка успела подружиться. Кот открыл в себе страсть к полетам, и грифон с удовольствием катал Пушистого на себе. Правда, один раз во время приземления котяра чуть не свалился на землю. Смоки в последнюю секунду поймал маленького паршивца прямо за хвост. Драчун оттаскал своего друга за шкирку, и в следующий раз кот летал уже привязанный ремнем впереди седла, находясь под постоянным присмотром гринча.

Подъехав к месту ночевки, отряд встретил небольшой костерок, готовый в любую минуту при хорошем кормлении хворостом вырасти в настоящее пламя. Поужинав копченым мясом, вяленой рыбой и козьим сыром, – герцог Регош снабдил отряд провизией, которой хватило бы на добрую сотню человек, – друзья грелись у огня, думая о чем-то своем.

Над лагерем повисла гнетущая тишина, нарушаемая лишь треском поленьев да пением цикад. Первому играть в молчанку надоело Батьке.

Он дал четкие указания относительно очередности дежурств и принялся травить анекдоты. Но когда понял, что товарищам не до веселья, махнул рукой, завернулся в одеяло и тут же захрапел. Остальные посидели немного и последовали примеру десятника.

Питер долгое время не мог уснуть. Он ворочался с боку на бок, проклиная обилие мыслей в своей голове, и задремал только под утро. Молодого лорда бесцеремонно растолкал Дуболом, с которым ему предстояло нести двухчасовую вахту.

Четвертый день вступил в свои права, и Питер вздохнул с облегчением от того, что ни с каким посланником не нужно иметь дел.

«А хотя какая разница, никто ведь не собирается подносить этому загадочному слуге чародея на блюдечке с голубой каемочкой магический амулет», – успокаивал себя Бернс.

Дежурство проходило спокойно. Солнце вот-вот должно было взойти, и Питер решил, что ничего страшного не случится, если он уделит оставшийся час уходу за оружием.