Алый проток

Если ты искренен с нами и достоин, то душа твоя познает наивысшее освобождение – станет частью Истины! Так встань же дитя, прими проводника твоего, властителя судьбы твоей перед воротами на пути к Истине, верного стража ее! Узри же, дитя, – Жнеца!

Лед, невыносимо обжигающий, сковывающий до младенческой беспомощности, моментально проник во все мышцы беглеца через невидимые и острые иглы прозвучавших слов. Бывший призрак превратился в квинтэссенцию жертвы животного страха. Пламя огненного кольца сделалось ярче, выше и мощнее, многократно усилив шокирующее впечатление от сказанного.

Стена пламени разверзлась напротив беглеца, представив его взору огромное, четырехметровое омерзительное существо, облаченное в устрашающую броню из огромных мускул. Оно стояло на двух толстых бревнах, похожих на ноги, заканчивавшихся огромными волосатыми копытами. Пах прикрывала набедренная повязка из плотной, серо-коричневой ткани, исписанной неизвестными, ярко-красными рунами.

Повязка держалась на кожаном поясе, к которому были привязаны с правой стороны три зеленые бутылки.

Нижняя часть каждой из них заканчивалась черепом: один – человеческий, второй принадлежал либо обезьяне, либо одному из приматов – предков людей, а третий – неизвестному существу, которое мог определить только опытный палеонтолог – это был череп одного из динозавров семейства тероподов. С левой стороны висела небольшая черная авоська, набитая разными диковинными предметами.

Правой ручищей существо держало необычное металлическое оружие, верхняя часть которого заканчивалась остроконечным пятизубцем – четыре из них окружали и прислуживали главному, самому длинному зубцу. Нижняя часть была похожа на двухстороннюю секиру. Пугающее своим видом оружие было очень большое – выше чудовища как минимум на полметра.

Несколько ожерелий из металлических рун ярко-красного цвета и привязанных черепах и костях мелких животных: мышей, кротов, кошек и птиц – опоясывали толстую, мускулистую шею.

На ее вершине росла голова медведя, необычного, багрово-коричневого цвета, украшенная двумя длинными, как у козла, черными завивающимися рогами.

Венцом этой ужасающей картины были глаза, не принадлежащие какому-либо животному или существу, – их белоснежный океан глазной жидкости почти полностью занимали неестественно красные материки зрачков. Взгляд был ясным и осознанным, но в то же время диким и злобным.