Изувер (сборник)

– Нормальный человек не натворил бы такого, – сказал Борис и пояснил: – Я уже говорил. Отец был душевнобольным. Понимаете, раньше я не особенно придавал значения его странностям. Все люди разные. Одни веселые, другие мрачные. Каждый, как говорится, чудит по-своему… За несколько дней до этого убийства с самоубийством мать призналась мне, что у отца было психическое заболевание. Честно говоря, для меня это не явилось новостью. Поймите правильно, я ведь без пяти минут врач. Изучал психиатрию, бывал в больницах.

Симптомы знаю. По-моему, основная причина случившегося – его болезнь.

– Если так, почему вы ничего не предпринимали? – спросил следователь. – Почему не заставили его лечиться?

– Легко сказать, – тяжело вздохнул Борис. – Ну, во-первых, психиатрия такая область, где случаи, подобные отцовскому, сразу распознать трудно. Надо принимать во внимание и возраст. В его годы у многих наблюдается старческий склероз. Во-вторых, речь шла о таком близком человеке, как отец.

Согласитесь, нелегко признать, что твой отец – шизофреник. Хоть разум и требует признать, а сердце все равно сопротивляется. В-третьих, его болезнь прежде от меня скрывали. Как и то, что в их роду дурная наследственность. К сожалению, я узнал об этом буквально дня за два-три до случившегося.

– Что же вы узнали?

– То, что его брат – шизофреник. И что он застрелился. Моего деда по отцовской линии тоже признавали психически ненормальным. Он чуть в тюрьму не угодил… Как-то взял топор и стал на улице рубить столб.

Это было в тридцатых годах. Ну, его арестовали как вредителя. Правда, потом разобрались, что к чему, и выпустили. Поняли, что лечить надо… И тетя, между прочим, ведет себя подозрительно. Сестра отца. Я ее люблю и не могу понять, почему она не пришла на похороны, хотя была очень привязана к папе…

– В чем, по-вашему, выражалось странное поведение отца?

– Неадекватность реакций… Простите, это научный термин. Попробую объяснить популярно.

Настроение не зависело от видимых причин. Вдруг становился замкнутым без всякого повода…

Борис рассказал следователю о появившейся у Александра Карповича перед самоубийством мании прятать деньги, вещи, в частности бутылки со спиртным, а потом забывать, куда спрятал. И о странных словах отца «Ларочка всегда будет со мной».

– И еще. Я стал замечать за ним какую-то непонятную ритуальность… Придавал большое значение тому, где что находится.