Изувер (сборник)

Хоть и негоже плохо говорить о покойнике, но Ветров больше думал о том, как бы поуютнее оборудовать дачу в Быстрице, а не цеха…

– Приходилось воевать с ним? – спросил Гольст.

– Еще как! – вздохнул Саранцев. – Ладно, что теперь вспоминать. Нет человека…

– И все же я хотел бы поговорить именно о нем, – сказал следователь.

Они поднялись наверх, в пустую, только что отремонтированную комнату.

Поначалу Саранцев говорил неохотно, чего, мол, ворошить прошлое. Но постепенно разговор наладился. Председатель даже начал горячиться – слишком много, как оказалось, накопилось обид от прежнего директора.

Выяснилось, что Ветров злоупотреблял служебным положением – дача практически построена из материалов, добытых якобы для ремонта фабрики. Окружил себя людьми, готовыми делать все, что он прикажет. Вместе делали «навар».

– Какой? – поинтересовался следователь.

– Сам-то Александр Карпович в огонь за каштанами не лез… Все норовил чужими руками… Например, каждый год посылал своего «мальчика» – так мы называли его прихлебателей – в командировку во Владивосток.

На целых два месяца. За счет фабрики. И чем, вы думаете, занимался этот «мальчик» на берегу Тихого океана? – спросил Саранцев и сам же ответил: – Фотографировал. На пляже. Привозил выручку до пяти тысяч. Куш, конечно, делил пополам с Ветровым.

– Как вы узнали это?

– Узнали, – усмехнулся Саранцев. – Помимо проезда, командировочных, материал тоже был наш, фабричный. Фотобумага и прочее…

Вскрывала группа народного контроля и другие «художества» прежнего директора.

– Ну и что же вы предпринимали? – задал вопрос следователь.

– Ставился вопрос…

– Результаты были?

– А как же, – снова усмехнулся Саранцев. – Я получил выговор. У Ветрова была рука где надо…

«Честнейший человек», – вспомнил Гольст слова Бориса, сказанные об отце. Неужели близкие не знали, откуда дача, дорогие мебельные гарнитуры, деньги на «Волгу»? Или Александр Карпович, как Янус, имел два лица: на службе – одно, а дома – другое?

То, что у Ветрова были доходы помимо зарплаты, следователь заподозрил, когда выяснил, какой оклад у директора фабрики.

На трудовые деньги он не мог построить такой коттедж, который красовался в Быстрице на участке Ветровых, кстати, самом большом в поселке. Какими же чарами окутал Александр Карпович местные власти, чтобы получить лишние сотки? Это тоже предстояло выяснить.

Гольст побеседовал еще с несколькими работниками фабрики.