Энтропия

Подведя к отсеку для перевозки задержанных, расположенному в кормовой части «бобика», мой провожатый ловко снял с меня наручники и, с излишней силой развернув к себе лицом, так же ловко накинул их на уже вытянутые вперёд руки. Обескровленные и побледневшие кисти начали обратно наполняться кислородом. Что обидно, сразу промеж лопаток зачесалась спина.

Двигатель машины сильно шумел, а на лобовом стекле гудел несмазанный пластиковый вентилятор на присосках. По этой причине я не слышал разговора старшего сержанта с офицером, который сидел на переднем пассажирском сидении УАЗика и беседовал через отрытую дверь.

Невзирая на то, что я был расположен к нему по диагонали, у меня отсутствовала возможности видеть его лицо. Всё из-за огромной фуражки на его голове. Казалось, что она занимала половину автомобиля и со спины напоминала глобус. Всё, что мне удалось рассмотреть, это периодически мелькавший капитанский погон на синей рубашке.

С громогласными пожеланиями здравия товарищу капитану к машине подошёл обыкновенный сержант.

Непонятно что пробубнив себе под нос, он открыл заднюю дверь машины и закинул на сиденье салона мой рюкзак.

– Там в рюкзаке его куртка, бумажник и телефон. Больше ничего при нём не обнаружено, – отчитался он, закрывая дверь. – Разрешите идти?

Задняя дверь в кабину вновь закрылась, и я уже не слышал, что ответил им офицер. Затем сержанты кивнули головой и синхронно направились в сторону машины скорой помощи.

Хрюкнула коробка передач, и двигатель УАЗа зарычал. Мы тронулись с места.

Громко закрыв дверь, капитан достал из бардачка машины красно-белый продолговатый предмет, а через несколько секунд ко мне в цугундер потянуло куревом. Очевидно, это был красный Мальборо. Я завязал с этой пагубной и уже не самой дешёвой привычкой через год после того, как перебрался в Москву, но сейчас я бы не отказался выкурить сигаретку.

Рассматривая столичные пейзажи через зарешеченное окно задней двери, я вспомнил, как ещё в студенческие годы катался в таком же УАЗике после дискотеки в моём провинциальном городке.

Тогда была обычная драка, где всех забрали, упаковали как кильку в бочку и хорошенько протрясли по родным дорогам. Наутро всем, кроме зачинщиков драки, прочитали нотацию, а затем вернули телефоны, шнурки, ремни и выпустили из кутузки. Мы возвращались по домам пешком и рано утром, подозревая у себя вшей.