Евангелие от Агасфера

– Вот и славно! Тогда ты легко поймешь, что Агасфер, прочертивший своими деяниями, как минимум несколько десятков возможных траекторий в пространстве планеты, а в пространстве состояний, поступков и намерений – сотни и тысячи вариаций, являет собой не только человека, но и важнейший архетипический образ, несущий и определённую окраску настроений, и некий спектр атмосфер – если говорить языком актерской системы Михаила Чехова. В версиях, предложенных большинством писателей, среди которых и Александр Дюма, и Василий Андреевич Жуковский, и Аполлинер, и Всеволод Иванов, и Густав Майнрик, и Ян Потоцкий, словом – практически у всех классиков, основная атмосфера, сопутствующая Вечному Страннику – это раскаяние, а также отчаяние от проклятия, коим они, как, впрочем, и большинство послушных Системе людей, мнят бессмертие, точнее – очень долгую жизнь.

В то настоящее, которое нас окружает, эти версии вносят из выбранного таким образом прошлого, достаточно плотную описанную выше атмосферу. И она, в свою очередь, обуславливает настоящий момент на Земле. Пускай хоть и на тысячную долю, так как число архетипических образов существенно меньше, чем количество людей – их не миллиарды, а всего лишь несколько сотен, ну тысяч. Представь теперь, что Жорж, я, ты, Юрис, Альгис, Карловна и еще несколько сотен людей – все мы так или иначе сопричастны архетипическому образу Агасфера, который несёт совершенно иную атмосферу: интерес, надежду, поиск способов спутать карты жрецам Системы – суть той миссии, которую передал ему Иисус. Как от этого может измениться ближайшее будущее?

– Ого, какой поворот! Понимаю, что изменится, но в какую сторону – пока никак не могу взять в толк.

– Об этом не беспокойся, вникнешь по мере того, как мы будем тебе рассказывать отдельные детали мозаики той версии, которую предлагает или вспоминает Магистр.

– С нетерпением жду рассказа о том, что приключилось с Агасфером вослед за неудачей на Никейском Соборе.

– Ну и чудесно! Твои вопросы оказались очень важными, дабы ты не просто выслушал мой рассказ, но и начал бы смекать, зачем он вообще нужен.

– Кажется, начинаю постигать.

– Итак, Жорж поведал тебе, что после неудачи на Никейском Соборе, Агасфер несколько столетий практически не вмешивался в сколько-нибудь значимые события. Да и надобно признаться, что самих событий, могущих хоть как-то повлиять на сценарий человечества, в те времена не наблюдалось.