Мафия

Воспользуйтесь этим, сибаритствуйте, флиртуйте…

– Я не согласен! – делано возмущенно заявил Сева. – Протестую!

– А я считаю, – со смехом заметил Генрих Довжук, – все мы под одним небом.

– И последнее, – снова обратилась к Белову Голованова. – Ваши камни – алмаз и жемчуг. Ваш день – понедельник. Из стихий – вода.

– Обожаю воду, – чуть не захлопал певец. – Особенно рыбачить.

Ему тут же предоставили удочку, и Белов уселся на корму. Рядом пристроилась Эвника, демонстрируя свое прекрасное тело, прикрытое лишь очень смелым купальником.

Но то ли было неудачное время для клева, то ли Александру мешала близость прелестных женских форм, но у него ни разу даже не клюнуло.

– Саша, – спросила девушка, – в чем секрет, что вы уже много лет имеете бешеный успех? Ведь появляется столько рок-певцов, и очень быстро их слава закатывается.

– Секрет прост, – серьезно ответил артист. – Они стараются подражать звездам. Майклу Джексону, Стюарту, Битлам и т. д. Но из этого ничего не выходит.

А я… Знаете, был такой знаменитый американский композитор, Ирвин Берлин. Когда он находился в зените славы, с ним познакомился Джордж Гершвин, который только прокладывал себе дорогу в жизни. Гершвин обратился за помощью к Берлину. Но тот, мудрый музыкант, сказал: «Если ты согласишься работать моим музыкальным секретарем, то в конце концов станешь второсортным Берлином. Но если ты будешь настойчиво развивать свой талант, то станешь знаменитым и неповторимым музыкантом». Гершвин внял совету маэстро. Вскоре его имя гремело по всему миру. Я тоже никому не подражаю. Поэтому, наверное, и являюсь Беловым…

Вдруг показался катер на подводных крыльях. Он быстро приближался к «Элегии».

– Во дает! – воскликнул кто-то из отдыхающих.

За катером мчался на невидимом отсюда тросе водный лыжник, проделывая немыслимые пируэты. Когда виртуоз приблизился к яхте, в нем узнали майора Киреева.

– Ай да Донат Максимович! – восхищалась больше всех Татьяна.

 – Появился как бог из машины!..

Катер резко сбросил ход, и начальник ОБХСС плавно подкатил к яхте. К нему тут же протянулось несколько рук, и Киреев был поднят на борт.

Донат Максимович поздоровался со всеми и, увидев удочку у Белова, поинтересовался:

– Большой улов?

– Увы, ни одной поклевки.

– Уметь, брат, надо, – похлопал его по плечу майор.

– Хотел бы я посмотреть, как это у тебя получится, – обиженно произнес Белов.