Слеза Немезиды

Сдам зажигалку из подъезда Гусакова экспертам, может, пальчики найдутся в базе. А главное, надо искать мотив, только через него мы сможем выйти на заказчика. Значит, надо идти в архив и поднимать все дела с самого начала их службы и отыскать такое дело или дела, где в той или иной степени будут участвовать три наши жертвы.

– Хорошо, – отрезал полковник, – поезжай по адресам, внимательно всё осмотри, если что найдёшь, сразу звони мне. Завтра с утра жду тебя на совещании с чётким планом по раскрытию этих убийств.

– Понял! А экспертиза машины Овчинникова готова?

– Готова… – протяжно ответил Осипович.

– И там ничего! – как будто зная, сам ответил Андрей.

– Ничего, – сухо сказал полковник, – эксперты и наши, и с «Ниссана» почти сутки ковырялись, ни одного лишнего элемента не нашли, процессор, конечно, не восстановили, но заключение однозначное: машина была в исправном состоянии и сама себя так повести не могла.

– Ясно, – ответил Кротов, встал и вышел из кабинета начальника.

Андрей съездил и на улицу Руссиянова, где жил полковник Овчинников, и на проспект Рокоссовского в микрорайон Серебрянка, где жил прокурор Мурашко. Обшарил оба подъезда, но ничего такого, что хоть как-то можно было отнести к этому делу, не нашёл.

На следующий день на утреннем совещании полковник Осипович объявил:

– Три уголовных дела, возбужденных по фактам гибели полковника Овчинникова, прокурора Мурашко и судьи Гусакова, объединены в одно. Вести дело будет следователь из СК управления по Минску подполковник юстиции Денис Александрович Юревич, один из опытнейших следователей.

От нас участвуют майор Кротов и капитан Куликовский, привлекайте любых оперов из любого района или города в любом количестве. Остальным оказывать помощь этой группе, если понадобится. Дать отдельные поручения во все районы Минска, поднять агентуру, любую информацию, любую, Огородников… – полковник гневно посмотрел на засыпающего опера, – мне лично или майору Кротову сразу на стол. Дело на контроле у министра. Раскрыть надо в кратчайшие сроки!

– Извините, товарищ полковник, – виновато сказал Огородников, – ночь не спал, сидел в засаде с районными операми.

– Все свободны, – продолжил Осипович, – Кротов останься.

– Ну что, Андрей? – когда все вышли, сказал полковник. – Преступления надо раскрыть, всё очень серьёзно, спустить на тормоза не получится, с нас не слезут, министр лично его будет контролировать.