Слеза Немезиды

На роль возможного заказчика он никак не тянет, да и изощрённого киллера тоже, этот бы встретил жертву в подъезде и свернул шею, а не изобретал фантастическую технику убийства, хотя, если он завладел чудо-прибором, теоретически мог быть нашим убийцей или помощником.

– Второй ушедший от правосудия, – взял слово Юревич, – на роль заказчика вполне тянет. Это Максим Андреевич Синявский, финраспорядитель банды, в планировании убийств или отъёме собственности он участия не принимал, его делом были финансы: перевод в офшоры награбленного, оформление собственности через подставных, легализация преступных доходов и т.

д. Преступные деньги так спрятал, что нашли только половину.

– Значит, нанять группу высококлассных киллеров ему было на что, – сделал вывод Осипович.

– Конечно, – ответил Юревич и продолжил: – Он исчез за несколько дней до того, как начали брать первых фигурантов, причём так исчез, что ни Зелёный, ни остальная верхушка банды не знала, где он, это чётко видно из материалов дела.

Тогда уже на всех висела и прослушка, и семёрка, бандиты сами искали Синявского. Но совершенно безрезультатно. Как в воду канул. Так что отомстить за подельников он мог легко. А больше, собственно говоря, и некому.

– Да, больше некому, – начал доклад своей части материалов дела Куликовский, – из оставшихся бандитов четверых убили при задержании, остальных осудили. Минимальные сроки – по двенадцать лет – получили трое, остальные больше. На сегодняшний день все сидят, ещё никто не вышел.

Но это всё боевики, пушечное мясо. Что касается руководства банды, главарь Игнат Зеленко получил высшую меру наказания, и через год был расстрелян. Его правая рука —Юрий Сергеевич Лешкевич – тоже расстрелян по приговору суда примерно в это же время. Приведены к исполнению и приговоры о смертной казни в отношении Гуськова по кличке Гуся и Макарова по кличке Инквизитор, штатного киллера банды и его помощника соответственно, когда жертву надо было пытать.

– Кого же там не расстреляли? – перебил Осипович.

– А не расстреляли в этом деле, – вчитываясь в документы, продолжал Павел, – вторую правую руку Зелёного, или скорее, наверное, левую: Фёдора Степановича Громыхалина по кличке Громыко – он не участвовал непосредственно в убийствах и вообще был сторонником убеждения, а не принуждения, всегда пытался добиться от потерпевшего нужного действия путём переговоров, отсюда и такая кличка, как фамилия министра иностранных дел СССР.