Слеза Немезиды

– А утром как вёл себя ваш муж? Что-то необычное наблюдалось? Его поведение не было странным?

– Нет, – почти крича ответила Татьяна. – Всё было абсолютно как обычно: позавтракал, оделся, вышел первый, мне близко ехать, я вышла через двадцать минут, всё как всегда. Сын поехал в университет раньше – он на общественном транспорте добирается. Разве что…

– Что? – сразу перехватил Андрей.

– За завтраком он сказал, что немного подустал, скорее бы отпуск. Хотя раньше ни на какую усталость не жаловался, – вновь заревела Татьяна.

Видя, что истерика жены Овчинникова начала нарастать по экспоненте, Андрей быстро внёс в бланк протокола её показания, попросил расписаться и, выразив глубокие соболезнования, вышел из квартиры.

«Похоже, она действительно убита горем, – думал Кротов. – Так не сыграешь. Вряд ли она подсыпала что-то мужу в еду, а сейчас разыгрывала комедию». Хотя за время службы в органах Андрей повидал многое.

«Но никак это не было похоже на игру жены Овчинникова, – проворачивал в голове беседу с Татьяной Кротов. – И мотива у неё нет… Хотя почему нет? Не исключено, что он скрытый, и об этом никто не знает, – возражал сам себе майор. – Может, есть любовник, во всяком случае, напрочь отметать эту версию не стоит пока. Надо покопаться, собрать все данные, „пробить“ её телефонные переговоры, электронку, Viber или WhatsApp. Возможно, что-то и всплывёт», – анализировал обстоятельства Кротов, возвращаясь из микрорайона Уручье к зданию министерства по центральному проспекту Минска.

Более 10 лет назад его переименовали в проспект Независимости, а Андрей всё ещё по привычке называл его проспектом Франциска Скорины, так и не поняв, о какой независимости идёт речь: то ли от немцев в 1944 году после освобождения Минска, то ли о независимости от СССР в 1991-м, то ли вообще от поляков после распада Речи Посполитой в 1795-м. Кому и чем не угодил белорусский первопечатник Франциск Скорина, Кротову было непонятно.

Его размышления по поводу мотивов и версий этого происшествия прервал звонок начальника – полковника Осиповича:

– Кротов, ты где?

– Еду на базу, сейчас проезжаю цирк, через пять-десять минут буду на месте, – уверенно ответил Андрей.

– Поторопись, – нервным голосом оборвал Осипович.