Флорентийская голова (сборник)

«А мужик-то здоровый», – подумала я.

Японец-китаец вернулся к столу с высокой бутылкой с широким горлышком и двумя пузатыми стаканами.

– Здесь тяжело найти настоящее сливовое вино, но я знаю один магазинчик…

Он аккуратно разлил жёлто-зелёную жидкость по стаканам, поставил бутылку на центр стола, потом, немного подумав, сместил её чуть вправо. Сел, поднял свой бокал, посмотрел на меня.

– Как говорится, ваше здоровье, Саша.

– И вам не болеть. – Я сделала небольшой глоток. Вино оказалось холодным и сладким.

– Ну как? – осторожно поинтересовался японец-китаец.

– С пивом потянет, – ответила я и прикончила стакан.

Лицо японца-китайца изобразило смесь озабоченности и удивления.

– С пивом? Саша, вы хотите пива?

Я усмехнулась.

– Нет, это выражение такое, шуточное, означает одобрение. Отличное вино, спасибо.

Японец-китаец извинился, встал, достал из кармана пиджака небольшой блокнот с карандашом, который был пристёгнут к блокноту шнурком, вернулся к столу, сел и начал записывать.

– Так, «потянет с пивом» – ироническое выражение одобрения, – проговорил он. – Всё правильно?

Я кивнула. Японец-китаец закрыл блокнот и виновато улыбнулся.

– Знаете, Саша, я очень давно не был в России, многих словечек не знаю. Приходится записывать.

Я одобрительно закивала, мол, молодец, парень, век живи – век учись, а саму толкнула мысль, что вышеуказанная задача решена только на половину. Я собралась с духом и подняла свой, снова наполненный японцем-китайцем бокал.

– Давайте выпьем за знакомство, – сказала я, – мы ведь с вами так и не познакомились.

– Да, неудобно получилось, – японец-китаец привстал, – меня зовут Масахиро Сасаки. Это моё японское имя. Своё настоящее имя, то, которое мне дали при рождении, я вам назвать не могу, по крайней мере, сейчас. Прошу вас, не обижайтесь.

– Да ладно, в каждой избушке свои игрушки, – махнула рукой я.

– А это выражение мне известно, – обрадовался японец-китаец, или, как его, Масахиро.

«Да уж, насмешил», – подумала я.

– Что-то я заболтался… будем знакомы, Саша! – Японец-китаец поднял свой бокал.

– Будем знакомы, Масахиро! – и наши бокалы сошлись со звуком, по алкогольной классификации известным как «камушки».

Я хлебнула вина и подумала, что настоящее имя моего сотрапезника (скорее, собутыльника, конечно) мне совсем не нравится.