Пять близнецов

Раньше было приятно верить, что боги где-то далеко, не могут вот так прийти к тебе и упрекнуть, зато все видят и помогают… издалека. Может быть, остались какие-то сомнения насчет богов. Неясно что, но существовало нечто такое, отчего Джеймс вновь сказал:

– Вам здесь не место.

Возможно, парню просто не понравилось, что люди сами не дошли до такого оружия. Джеймс знал, что раньше луки были намного хуже, чем сейчас, да и железо у людей появилось не сразу. Джеймс верил, что люди и сами бы дошли до оружия богов, но позже.

А боги взяли и нарушили должный ход событий.

– Мы бы и сами дошли до этого, да, Скакун? – спросил у лошади Джеймс. Как он заметил, Скакуну не нравиться пирамида. – Мы бы тоже дошли до этого… а значит, возможно, и боги когда-то стреляли из луков. Постой…

Может быть они не наделены никакой магической силой? Может, они просто очень долго существовали в этом мире и без какой-то магии, а с помощью опыта, медленно, но верно дошли до такого оружия, как бластер? Хотя, это, конечно, полный бред, ведь это противоречит учениям, но… но ведь и учения иногда оказываются ложными.

Да, еще недавно мы верили в Хранителя, но его просто не было! А если он и был, то никак нам не помогал. Но не в этом суть, Скакун. Возможно, нет никаких богов, но есть прогресс. Зачем же тогда боги врут? Может, они даже не хотят нам помочь? Ох, надеюсь, боги не умеют читать мысли.

Джеймс ломал над этим голову. Он все думал, думал и думал, пока не рассмеялся:

– А что же тогда значит мой символ на ладони? Действительно, я плохо соображаю по утрам.

Подумать только, какие мысли крутятся у меня в голове… Да уж, хахах.

После этого Джеймс отправил коня в галоп. Солнце только поднялось, день еще впереди и нужно все успеть.

***

Как-то граф Генрих Рыжая Голова спросил у мудреца:

– Когда стоит устраивать пир? Перед рыцарским турниром, чтобы во время трапезы музыканты и певцы своей музыкой возбудили благородных сиров на подвиги? Или же после, чтобы победитель, и те, что отличились на турнире, могли с удовольствием и спокойствием насладиться прекрасными многочисленными кушаньями?

И тогда мудрец почесал затылок и закрыл глаза: задумался.

Думал он час, и думал два. Все извилины на голове того мудреца напряглись, но ответ пришел не из головы, а из живота. Тот, проказник, не постеснялся заурчать при самом графе, а тем временем мудрец молвил:

– Когда не знаешь, какое из двух хороших дел выбрать, то поступай вразумительно – выбирай оба.