Валентиновка, далее нигде

И Олег, сам того не замечая, рассказал совершенно незнакомому ему человеку – более того, торговцу с блошиного рынка! – историю, услышанную им днём ранее. Карлович слушал Олега очень внимательно, иногда щуря глаза и трогая свой немаленький нос. Один раз он даже снял свою шляпу и громко почесал лысину ногтями.

– Кассета внутри? – спросил он после того, как Олег закончил.

– Внутри, – ответил Олег, – я, собственно, хотел дослушать её с помощью жемчужины вашей коллекции…

– К сожалению, сие невозможно, – со вздохом ответил Карлович, – лот ушёл крупному мужчине с вытянутым лицом через пять минут после вашего ухода, любезный Олег Анатольевич…

Карлович аккуратно извлёк кассету из плеера и деловито повертел перед носом.

– Странная она какая-то, – сообщил он.

– А в чём странность? – поинтересовался Олег.

– Пока не знаю, – ответил Карлович, затем по-совиному покрутил головой по сторонам и вдруг громко и отрывисто гаркнул: – Мари-на!

На крик откуда-то слева появилась невысокая женщина в длинном зелёном пуховике из девяностых и армейской папахе на голове.

– Чего дурнем орёшь, старый? – спросила она. – Случилось чего?

Карлович показал ей кассету.

– У тебя есть, на чём можно покрутить вот это?

Женщина близоруко сощурилась на раритетный носитель информации, смачно сплюнула и выдала:

– Я-то думала… разорался, чёрт нерусский, только людей баламутишь! Сейчас принесу что-нибудь…

Она спешно удалилась, откуда пришла, а спустя пару минут вернулась с переносным двухкассетным магнитофоном в руке, при этом давешний подсвечник был снова при ней.

– На, бери, – обращаясь к Карловичу, сказала она, – это Толиков, смотри только не сломай, а то я тебя криворукого знаю… потом Толику сам отдашь…

– Спасибо тебе, добрая женщина! – снимая свою замечательную шляпу, сказал Карлович. – Я бы бросил к твоим ногам весь этот мир, но ты терпеть не можешь помоек…

Женщина красноречиво покачала головой, ещё раз сплюнула в грязь и молча удалилась восвояси.

– Проблема в том, что хозяин этого динозавра – Толик – огромный и маловоспитанный тип без чувства юмора, – сообщил он, со скрипом открывая крышку кассетного отсека, – так что нужно быть предельно аккуратным, а то нас будут бить, и, возможно, ногами…

Олег, не обращая внимания на болтовню, внимательно следил за его манипуляциями.