Длинные версты

Хорошо, что он застрял в промоине и отстал, а то бы их уже всех побили. И уйти толком не получается из-за того, что лошадки сильно устали.

Мы с Лапиным переглянулись. Комиссар, смешно пошевелив носом, осторожно выразил свои пожелания:

– Как-то оно не так выходит… Чур, что скажешь? Помочь бы надо товарищам… Получится у нас?

Я же лихорадочно размышлял. Немцы о нас еще не знают. Но прямое столкновение – это сразу большие потери. С другой стороны, ухлопают сейчас Буденного, и мне станет стыдно.

Он ведь один из немногих нормальных людей, о которых народ и в моем времени хорошо вспоминает. Да и казаков он очень даже неплохо объединил. Как там в песне было: «Едем мы, казаченьки, едем краснозвездные, / В конницу Буденного едем мы служить»… То есть чубатые ехали не к кому-нибудь, а именно к Семену. Личность, она, знаете ли, огромную роль сейчас играет. Значит, его гибели допустить нельзя. Плюс мои братишки станут очень косо смотреть, если мы сейчас просто уйдем. Поэтому надо впрягаться. Но вот как именно? Хм… а чего я уперся в прямое столкновение? Ведь засада – наше всё! И пока противник о нас не догадывается, необходимо все правильно организовать и вывести фрицев на пулеметы. Правда, без взаимодействия с Буденным этого не получится. А значит… Привстав на стременах, я заорал:

– Командиры взводов ко мне! – и через пару минут уже раздавал ЦУ: – Васильев – готовься разворачивать свои «самовары» по вражеской коннице. Где именно, скажу чуть позже.

Но тот крупняк, что на грузовике, не задействовать. Его держать на случай, если появится немецкий броневик. А вот как появится – весь огонь на него. И из крупняка, и минометами. Ты понял? Весь огонь! Иначе нам броня всю малину обосрет. А так, глядишь, испугаются разрывов, подумав, что у нас есть полноценная артиллерия, да и свалят. Михайловский, берешь свои тачанки и двигаешь за мной. Сразу на месте будем разбираться, куда сподручнее встать, чтобы фрицев на тебя вытянуть. Липатов, берешь тех, кого отобрали в сводный экипаж, и вместе с обозом уходишь вон туда, на юго-восток. Не хватает, чтобы мне сейчас людей, набранных для бронепоезда, побило. И не спорь! В бой вступать только в случае, если на вас кто-то случайно выскочит. Второй и третий взвод… вернее то, что осталось – идете вместе с тачанками Михайловского. Журбин, пятерых отправишь с обозом, для дальнего охранения. Остальные – за мной.