Ипотечник

Он оставался только в футболке, джинсах и обуви, по счастью, оказавшейся на месте. Очевидно, у мародеров был не его размер ноги. Сумка с вещами тоже пропала. Медленно оттянув ворот футболки, он с облегчением выдохнул, обнаружив на теле здоровенную гематому, вместо пулевого отверстия. Похоже, старые часы все-таки принесли удачу. Сморщившись от боли, Станислав поднялся на ноги. Ему предстала картина разрушений и смерти.

Повозки оказались разгромлены, изрешеченные пулевыми отверстиями, тенты располосованы. Лошади отсутствовали, похоже, их увели.

Повсюду лежали тела. Большой костер, горевший в центре импровизированного лагеря, потух, и путник осмотрел их в свете луны. Здесь находились все, кроме женщин. Поморщившись от нехорошего предчувствия, Стас вдруг услышал многоголосый хохот, где-то неподалеку.

Подняв голову, он увидел свет на вершине каменистого холма, возле которого стоял лагерь караванщиков. Видимо те, кто сотворили все это, еще находились здесь. Судя по пьяным возгласам, и вызывающему поведению, они мнили себя хозяевами пустыни и не считали нужным заботиться о собственной безопасности.

У путника появилось острое желание заставить их пожалеть об этом.

Обойдя побоище в поисках оружия, он конечно же не нашел винтовок старого торговца, их вероятно забрали напавшие. Повозки также опустошили. Только в одной из них, он нашел молоток. Самый обыкновенный, с длиной деревянной ручкой. Вооружившись им, Стас решил обойти холм и разведать обстановку, как выяснилось, не зря. С противоположной его стороны слышались голоса двоих мужчин.

Припав к земле, странник пополз, стараясь двигаться бесшумно. Вскоре он увидел говоривших. Двое мужчин среднего возраста, типичного ковбойского вида, словно персонажи фильмов Серджо Леоне, в изрядно подпитом состоянии сидели на склоне холма и разговаривали. На поясах у обоих висели револьверные кобуры, но вместо оружия, они держали бутылки с явно горячительным содержимым, к которым постоянно прикладывались. Были ли это дозорные, или кто-то просто решил отлучиться из лагеря, путник не знал.

– Ворон совсем сходит с катушек, – сказал один из них, человек с заросшим черной щетиной лицом. – Я больше не знаю чего от него ждать. Временами он бывает вполне нормальным, но часто взрывается, как сухой порох. Так и пристрелить может ни за что.

– Это точно, – кивает другой, пониже ростом, с длиной рыжей бородой. – Мог хотя бы женщин сохранить для общего пользования, ребята ведь устали, а он такое учинил.