Выскочки

– А с чего вы взяли, что он вообще собирался нам помогать? – сказал Витольд. – Народ говорит, что он просто гость из соседнего мира, пришел за тем, что у него забрали, и ушел.

– А нам теперь расхлебывать, – процедил Сурэй.

Его реплика осталась без ответа. У юного сына Намида в памяти навсегда запечатлелся образ человека, ничем с виду, не отличающегося от других, в одиночку громящего черных балахонов. Он знал, что никто не сможет его понять, потому, что не видел это сам. Тот пришелец из другого мира вселил в сердце Витольда надежду на то, что его родину можно освободить от захватчиков, а это важнее любых неудобств и временных трудностей.

Почти лигу они шли по скрытой от глаз, дурно пахнущей части города, хлюпая по стекающим со всего Зельда, нечистотам, пока впереди не показались очертания решетки. Это был слив, отводящий канализационные воды из города. Располагался он, аккурат за крепостной стеной. Сунув факел в смердящую под ногами воду, самый старший участник группы, призвал соблюдать тишину.

Подождав несколько минут, пока глаза привыкнут к тусклому свету царящей вокруг ночи, троица осторожно приблизилась к решетке.

В свете луны и звезд была отчетливо видна охрана, стоящая у городских ворот. Возле канализационного слива, по счастью никто не дежурил, но солдаты морогов находились от него в пределах видимости, поэтому нужно соблюдать осторожность. Прямо к воротам шла дорога, а чуть поодаль начинался лес. Главная задача людей сводилась к тому, чтобы пробраться туда и скрыться от посторонних взглядов среди деревьев.

– Давай отец, – пошептал Витольд.

Старик достал из большой сумки, что висела у него на плече маленькую стеклянную колбу и, отвинтив металлическую пробку, осторожно пролил ее содержимое на один из прутьев решетки, которые были толщиной с палец. Раздалось легкое шипение, металл в месте соприкосновения с жидкостью покрылся черной пеной. Неприятно запахло кислым. Содержимого колбы хватило для обработки трех прутьев сверху и снизу. Осторожно надавив на один из них, Сурэй, бывший самым сильным из троицы, выломал фрагмент длинной в локоть.

На концах прут был словно обожжен.

– Значит, не обманул Рок Торрен, – улыбнулся Намид.

– Еще бы, – сказал Витольд. – Когда ты ему за это преподнес целый золотой, тем более, настоящий, он чуть с ума не сошел, а после случившегося в городе он, поостерегся сообщать о такой сделке кому-либо. Мало ли что. Торговец, он ведь, как крыса, спрячется, и выгоды своей не упустит.

– Хорошо, сказал, сынок.