Жизнь Иисуса Христа

Он не дал им понять, что говорит про храм, а подразумевает почему-то «тело Свое», а как они могли об этом догадаться, если видели Христа первый раз в жизни? Вот какое объяснение дают нам евангелия:

«24 Но Сам Иисус не вверял Себя им, потому что знал всех

25 и не имел нужды, чтобы кто засвидетельствовал о человеке, ибо Сам знал, что в человеке».

В общем, Спасителя не интересовало как Его понимают слушатели. Этот вывод ставит крест на попытках выудить из евангельских текстов хотя бы какую-то идею.

Запомните это наблюдение, его может сделать любой, кто внимательно читает Новый Завет.

В знаменитой беседе с фарисеем Никодимом речи Спасителя по-прежнему никто не понимает. Ну, они просто непонятные. Реально. Найдите время, перечитайте. Можно даже на арамейском языке или иврите, а не на родном – разницы не заметите. Автор бьется об заклад, что, если бы в евангелиях были цитаты из «Майн Кампф» Адольфа Гитлера или антихристианские проповеди Нерона, это бы серьезно не уменьшило число искренне верующих в евангельского Иисуса.

Может, число сект было бы чуть больше, но вот и вся разница.

Далее выясняется, что Иоанн Предтеча ополаскивает людей не там, где больше грешников, а там, где много воды. Возможно, ему так удобнее.

Иисус говорит, что Отец «все дал в руку Его». С учетом того, что Иисус Христос никого не спас, ибо ни одного спасенного в истории мы не наблюдаем, наблюдаем лишь веру в это загадочное спасение, а также провалил Миссию Господа Бога, получаем, что Иисус, имея «Все», саботировал Свою Святую Миссию, либо не справился с Ее исполнением, либо «Все» у Господа Бога это что-то очень ограниченное, и тогда «Настоящее Все» находится у Кого-то Другого.

А тут, кстати, кроме Дьявола [12] других кандидатов вроде бы и нет.

Шел Иисус куда-то через Самарию, зашел в город Сихарь. и по пути встретился у колодца с самарянкой с пониженной социальной ответственностью. Судите сами. Пустынное место, вокруг никого. Женщина встречает незнакомого мужчину враждебной ей национальности.

Как любая нормальная женщина, самарянка должна была удалиться. Вместо этого, она в первой же тираде показала неподдельное любопытство. Во второй уже назвала его «господин», в третьей зачем-то сообщила незнакомому мужчине враждебной национальности, что у нее «нет мужа», в четвертой уже назвала его «Господи» и пророком. При этом у нее было 5 (пять!) мужей и, судя по ее поведению, она в поиске шестого.