Делать, что должно!

Но ещё сто лет назад купить либо выменять у них хоть что-либо было практически невозможно – красноглазов решительно не интересовало ни золото, ни произведения человеческих рук.

Поговаривали, что красноглазы поклоняются живущим в глубинах подземелий тёмным демонам древнего мира, которые даруют им власть над металлом в обмен на кровавые жертвы. В пользу этой версии говорило также и то, что когда-то давно красноглазы были не раз уличены в похищениях людей, особенно детишек. Люди стали уничтожать красноглазов, едва завидя их на поверхности.

Были попытки отрядить в подземелья Чёрных гор войска – но сотни воинов сгинули бесследно, словно растворившись в каменной толще.

И вот, несколько десятилетий назад, Северному Княжеству удалось наладить с красноглазами контакт. Вернее, красноглазы сами установили с княжеством торговые отношения. Изделия красноглазов на рынках людей оставались баснословно дорогими, а вот сами красноглазы за них по-прежнему не брали ни денег, ни товара. Они передали людям несколько удивительных шаров – с виду цельностальных, но удивительно лёгких и никогда не теряющих зеркальный блеск.

Их невозможно было ни разбить, ни поцарапать. Под охраной ратников, княжеские посыльные объезжали нищенские районы больших городов, а также деревни и отдалённые племена. Чтобы получить двадцать серебряных монет – стоимость хорошего коня – требовалось всего лишь положить на шар обе ладони и подержать, пока сердце не ударит двадцать раз. Ни для кого не было секретом, что заработавший таким образом следующие полгода был очень подвержен заболеваниям, некоторые даже умирали; тем не менее, желающие находились всегда. Шары, к которым касалось три сотни человек, отвозили к Чёрным горам и отдавали красноглазам, получая взамен их дивные поделки.

Говорили, что забранной у людей жизненной силой красноглазы кормили своих демонов, найдя таким способом замену жертвам. Как бы то ни было, прекращение торговли не могло означать ничего хорошего, особенно в свете остальных беспокойных событий.

– А в южных морях бесследно начали пропадать корабли, – решил, видимо, окончательно нагнать на собеседника страху Крэгг, – и, говорят, это работа чернокожих пиратов с далёких островов!

Воллаг поднял кубок, но выпить не успел.

За дверью раздался топот, затем в неё забарабанили кулаком и на пороге возник запыхавшийся ратник.

– Тревога, господин сотник! – выпалил он. – Загорелся сигнальный огонь на башне в Балдаке!

Сотники замерли, не донеся до рта посуду с вином.