Барон по призванию. Путь дворянина

Я получил титул барона в двадцать шесть лет, после смерти моего отца в двести тридцать девятом году, еще при его светлости короле Бруно Манаэле.

– О, так вам, милорд, выходит, сорок два года от роду? Вы годитесь мне в отцы!

Принц чему-то посмеялся, задумчиво постучал пальцами по подлокотнику трона и продолжил:

– Я наслышан о ваших подвигах во имя Фестунга и его народа, но, если честно, не слишком углублялся в хронологию событий… Признаться, я думал, что ваш знаменитый «таран», когда вы с боем пробились к полководцу армии брейтфов и закололи его, был немного… ближе к нынешним временам… Это ведь произошло не во время «Стального движения»?

– Нет, ваша светлость.

– Но-о! – Принц попытался изобразить похвалу, явно подражая мимике придворных учителей. – У подвигов нет срока годности! Да и в «Стальном движении» вы не остались незамеченным! Ах, мне следует звать вас «ваше багородие»! Или «ваше мужество»!

– Вы мне льстите, государь.

– И все же! Отец отправил вас в тыл. Он приказал вам сидеть в Кронфесте и ждать указаний! Вам, мастеру фехтовального ремесла, великолепному стратегу, человеку, умудренному опытом и наделенному скромностью, какой не сыскать! Поверьте, я далеко не о каждом своем подданном отзываюсь подобным образом, а вы, тем не менее, даже не граф и не виконт! Вы лишь барон!

– И я благодарен вам за похвалу, ваша светлость.

«Меня жутко раздражает напыщенный сопляк в дорогих одеждах, восседающий передо мной, – подумал он. – Этот молокосос слаб в истории, наверняка не умеет писать и, скорее всего, с трудом читает. И меч он, уверен, держит так, будто мочится, будучи пьяным в стельку. Хотя нет, пьяным в стельку он мочится в постель».

– Как обидно, правда, милорд? Многие трусы и подхалимы сидят в графах целыми поколениями, пока честная и храбрая фамилия Северинов зиждется в баронах.

«Червь, он, что, не знает значения слова «зиждется»? – подумал Рейнер. – И этому идиоту уготовано править моей Родиной?»

– Но… – Принц не унимался. – Так уж вышло, что мне выпала возможность восстановить справедливость. Уж поверьте, милорд, Фестунгу повезло находиться в руках такого короля, как я.

«Ты еще не король», – отметил Северин.