Симфония дня и ночи

– А! – Громко воскликнул Питерсон. – Может быть, ты спал долго, поэтому сон такой подробный?

– Может быть и так. Хочу увидеть еще один сон. Буду с нетерпеньем ждать сегодняшней ночи. Вот лягу на кровать и буду ждать.

– А может по пиву? – Улыбнулся Роб, скаля зубы.

– Да нет. Ты уж извини, – я положил руку ему на плечо. – Мне так хочется поделиться со всеми новостью, что я вынужден тебе отказать. И старика обрадовать надо. Уж не знаю, чему он будет радоваться больше: моему выздоровлению или оздоровлению?

– Ну, тогда я тебя отвезу.

Идем, наведем справки.

К трем часам дня я был уже дома. Старик Бен был очень сильно рад, когда узнал о моей поправке. А весть о том, что я видел сон, и вовсе сбила его с ног. Казалось, эмоциям не было предела.

Но вот настал час, когда я принялся ждать. Я поднялся по ступеням в свою комнату, что располагалась на втором этаже, и подростком свалился на кровать.

Я ждал ночи, чтобы заснуть. Поглядывал на часы снова и снова. Заводил будильник, чтобы тот указывал мне, что прошли очередные десять минут.

Это было нетерпимо. Я нервничал. Во лбу местами прокатывались импульсы головной боли. Но я ждал. Мне было нечем себя занять, я хотел увидеть сон. Это как в больнице того же дня: смотрю то на стенку, то на часы, на стенку и вновь на часы, в надежде, что время ускорится, но от этого оно становилось только медленнее.

И тогда я решил заснуть не дожидаясь ночи. Уже было, по-моему, около девяти часов. Я закрыл глаза и попытался окунуться в мир нового сна.

Но не тут-то было. Мне мешало все: проезжающие за окном автомобили, тиканье часов, тусклый свет, проходящий через окно, цвет обоев в моей спальне, жесткость «мягкой» кровати, да что тут говорить, меня даже собственное дыханье раздражало.

Глава 4

Ложь имеет свойство становиться правдой.

Наш герой неподвижно лежал в маленькой комнате, которую тускловато освещали три небольшие свечки. А комнатушка та была настолько маленькой, что кровать, на которой располагался Билли, занимала четверть всей площади помещения.

В этой каморке, помимо спальной койки, находился небольших размеров комод и треснутое зеркало, покосившееся на стене.

Кровать, скромно стоявшая в уголку, была полностью пропитана водой. А причиной этому являлась промокшая мантия, в которой Хорнер пролежал около полусуток.

Приходя в сознание, парень поджал под себя ноги. После чего начал чувствовать дискомфорт.