Симфония дня и ночи

Выходя из огромного зала менеджеров, я чуть не сбил уборщицу – рыженькую, не самую привлекательную, девушку. Я не знал даже ее имени. И, как это часто показывают в кино, она тащила кучу бумаг и, врезавшись в меня, раскидала все по полу. Я думал пойти дальше, ведь убирать это ее работа, но передумав, остался помочь. Ведь я все равно получаю деньги за ничего.

Я быстро собрал бумаги в стопку, извинился и пошел навстречу Робу. Эх, если бы это действительно было кино; я бы влюбился в нее, зажил долгую и счастливую жизнь.

Это был бы хеппи-энд в жизни мужчины за тридцать. А если бы я еще сны видел! Кому чего, но если бы я мог видеть сны, то моему восторгу не было бы предела.

Роберт звал меня, чтобы пригласить сегодня посидеть в баре: немного выпить, отдохнуть. Ведь сегодня пятница – последний рабочий день. Дядя Бен мне всегда говорил и говорит до сих пор: «проводи время в свое удовольствие – один раз живем». А я своего старика всегда слушаю. Он очень мудр. Иногда мне кажется, что он скрывает от меня много тайн и рассказывает их мне по мере времени.

Бену сейчас семьдесят пять лет. Но он бодр как ездовая хаски. Я еще не встречал таких бодрых стариков, каким является мой дядя. Он получает приличную пенсию, но его, как и меня, уже тошнит от этих денег. Его забота это спорт, выпивка (хорошее сочетание: спорт и алкоголь) и воспитание меня. Мне тридцать пять, но советы моего старшего наставника мне никогда не вредили.

Скоро, я был уже дома. Бен в это время возвращался с покупками (еженедельный запас).

Я предупредил его, что вечером буду развлекаться, поэтому пусть меня не ждет. Мы немного пошутили с ним, обсудили новости. После этого я отправился отдохнуть.

Хорошенько поспав перед предстоящей бурной ночью, я вызвал такси. Стараюсь быть законопослушным, а ехать за рулем в нетрезвом состоянии – это преступление закона. К тому же вредно для жизни.

Такси приехало быстро. «В ОДИН МИГ», как сулило название на лобовом стекле.

Собственно поэтому такси было не из «дешевых».

Вдруг по какой-то причине я вспомнил своих родителей. Меня одолела внезапная тоска по ним. Я понимал, что единственной памятью о них являются сделанные тогда фотографии, одну из которых я всегда ношу с собой в бумажнике. Поэтому я достал фото, чтобы сделать тоску еще сильнее.

Мне слышался голос мамы. Ее смех доносился где-то внутри меня. Конечно, это плод моих несовершенных фантазий, но было приятно.