Зазеркалье

Мир и родители остались без замечательного парня, который мог стать великим спортсменом или хорошим отцом, но лег, как и тысячи других ребят, в этой бессмысленной войне непонятно за что. Я подумал, что возможно Бог уготовил ему лучший мир, без войны и насилия, где он и его ровесники могли раскрыться и показать себя без страха смерти. Сейчас я знаю, что Бог плевать хотел на нас и на этот гнилой мир, в котором мы – люди – плюем сами на себя.

– Восемнадцать лет – это так мало. Так страшно. Иногда я думаю об этом – почему так мало могут прожить люди, почему и за что наши жизни обрываются, если не брать в расчет тех, кто сам их губит, – сказал Херст.

Ллойд увидел, как Херст погрузился в себя, ему стало неинтересно все вокруг, и он задумался о времени, о жизни и словах его нового собеседника. Задумался над тем, что действительно важно для человека, а что может быть всего лишь словом между строк и предложений, но им надо было двигаться дальше. Ллойд немного занервничал, но молчал, понимая, что нельзя какое- то время трогать Херста.

Ему нужно дать время переварить все в голове, дать ему сложить картинку, не соответствующую истине, а лишь плоду небольшой фантазии события прошлого. Ллойд принялся уничтожать никотиновую палочку, дав время на отдых всем, ведь он сам вновь проживал все пересказанные события, хоть эмоции и не были уже так сильны, как раньше. Но все же, от этих эмоций никуда не деться, такова уж человеческая сущность.

Глава 4

Спустя какое-то время Ллойд и Херст снова встретились взглядами, молча глядя друг на друга.

Инициативу взял на себя Ллойд:

– Ладно, давай не будем грузиться и пойдем дальше, у нас будет еще время подумать. Я пришел к тебе не сказку-страшилку рассказать, а по делу.

– Окей, поехали дальше.

– А дальше было следующее. Мы взяли эту чертову деревню, похоронили там нашего парня и раскинули лагерь в деревне. Через пару дней я проходил мимо палатки и заметил, что Карл стоял со спущенными штанами. Я остановился и стал смотреть, как он вкалывает себе дозу морфина.

Доза была маленькая – полевой тюбик. После того, как Карл укололся, он зашел в палатку, лег на кушетку и уперся глазами в потолок. Я решил не заходить туда сразу, нужно было дождаться момента, пока он уснет, чтобы аккуратно проникнуть в его палатку и подтвердить свои догадки. Я подготовился к новой операции и вернулся к палатке Карла спустя несколько часов, тот спал. Я проскользнул внутрь и понял, что оказался прав. Это был морфин.