Врата Победы: Ленинград-43. Сумерки богов. Врата Победы

У побережья Португалии

Когда мотор начал вдруг терять обороты, Джимми почти не удивился. Три «киттихока» уже покинули строй раньше, гораздо дальше от цели. Вот и его машина стала медленно, но верно терять высоту, и даже появившийся на горизонте берег уже не радовал. Да, их будущий аэродром располагался у самой линии прибоя. Взлетная полоса оканчивалась десятиметровым обрывом, под которым плескалось море. Но до этого места надо было еще добраться. Красноносый с белым рулем направления самолет всё больше отставал от строя, уже сомкнувшего ряды.

Вероятно, капитан О’Бэрри уже похоронил в мыслях очередного подчиненного, но сам Джимми еще не был с этим согласен. Сбросив давно опустевший бак он заметил, что скорость снижения упала, давая ему дополнительные, хоть и призрачные шансы добраться до берега. Не будучи морским пилотом, он даже не задумывался, как он будет садиться потом. Пока его интересовало только побыстрее сменить неприветливую воду под плоскостями на твердую землю, куда не страшно прыгать с парашютом. «Аллисон» под капотом несколько раз чихнул, ощутимо вздрогнул и вдруг запел своим обычным голосом. Джимми не верил своим ушам – его молитвы снова сбылись, и он вновь не пропадет. О том, что может ждать одиночку в зоне господствующей вражеской авиации, чернокожий пилот предпочитал не думать. От своих он отстал уже сильно, и теперь все штурманские расчеты приходилось делать самостоятельно. Но это были мелочи. Вот уже скоро должен показаться аэродром.

Они вылетели позже, чем предполагалось, здесь был уже рассвет.

Над знакомыми по карте очертаниями берега какая-то непонятная чехарда точек. Джимми прибавил оборотов двигателю и стал набирать высоту. После памятного боя над немецким портом ни дня не проходило без изучения хоть каких-то сведений о противнике. И сейчас негр в кабине поношенного самолета в непривычной для американских ВВС окраске рвался вверх, чтобы получить хоть какое-то преимущество. Тот раскрашенный для кино «киттихок» упал в море у Бреста – но Джимми достаточно запомнил понравившуюся ему окраску, чтобы теперь, добыв нужный колер у такого же чернокожего тыловика эскадрильи и еще какого-то англичанина-интенданта, весь вечер перекрашивать свой истребитель в «счастливые» цвета. И капитан, увидев в самый последний час до вылета, ничего не сказал, лишь махнул рукой. А вот взгляд его Джимми очень не понравился – неужели нас уже внесли в список потерь?

Тем временем в зоне посадочной площадки поднимался уже четвертый столб дыма.