Здравствуй, дедушка Кощей!

– У меня и роты еще не слажены для совместной работы, – задумчиво сказал Калымдай, рассматривая что-то на потолке.

– А оно нам надо, внучек? – хмыкнул дед. – Али царствовать надоело самому?

– Он опять та-а-ак орать будет… – Маша приложила пальчики к вискам и покачала головой.

– И в Лукошкино уже не сможем ездить… – протянула Олёна.

– И бизнес реально в подполье уводить придётся, – озаботился Аристофан.

– Клац-клац! – согласился с ними Дизель.

– Да вы что?! – заорал я и осёкся, увидев ехидные улыбки, дружно появившиеся на наглых физиономиях коллег.

– Давай, внучек, рассказывай, что ты там придумал, – серьёзно сказал дед и подвинул мне кружку с чаем.

– Вот же… Ладно, слушайте. У нас же Шмат-разум есть и мы можем в сию секунду отправиться прямо в камеру к Кощею и удрать оттуда таким же макаром, прихватив царя-батюшку с собой. Что думаете?

– А кто это такой, этот ваш Макар, мсье Теодор? – удивилась Маша.

Олёна хихикнула и зашептала ей что-то на ухо.

Все помолчали, переваривая гениальную идею, а потом Михалыч нерешительно протянул:

– Можно, да… Только как-то всё больно просто у тебя внучек получаетси.

– Не выйдет, – спокойно произнёс Калымдай.

– Что не так?

– А вот сами смотрите, Федор Васильевич. Едва мы батюшку к нам перетащим, как слух о его освобождении тут же по всем краям разлетится. А фон Дракхен, разумеется, услышав об этом, тут же кинется в атаку. Тут-то нам всем и… всё.

– Ага! – я радостно закивал. – Вот и я так же думал, потому раньше и не дёргался! А мы Кощея подменим! Повесим в его одежде на цепи какого-нибудь скелета ответственного.

Дизель вскочил и похлопал себя ладонью по груди, умоляюще смотря на меня. Да-да, у Дизеля мимика отличная, хотя он одни только косточки для этого использует.

– Не, дружище, садись, – махнул я. – Мы без тебя здесь не справимся, а вот подыскать нужную кандидатуру это мы точно тебе поручим.

– А что, босс, в натуре дельно звучит, – протянул Аристофан. – Типа и Кощей тут, и на нарах кто-то парится, и фон Змей не при делах.

– Весь в меня! – гордо произнёс дед и подвинул мне тарелку с поощрительными пирожками.

– Может сработать, – согласился Калымдай.

– Только он всё равно та-а-ак орать будет, – вздохнула Маша.

– Давайте еще подумаем, – попросил я.