Меж двух огней

Мои страхи и беспокойство за друзей превратились в раздражение, потому мой голос прозвучал очень сухо и даже с легкой угрозой.

– Ваше Величество, возможно, Вы забыли, но мы подчиняемся только Академии. Нам удалось дважды спасти жизни членам Вашей семьи. Мы устали, потому предпочтем отдохнуть, а не стоять здесь и оправдываться.

– Ты забываешься, мальчик, – холодно процедила королева, но мне было уже все равно. Поддерживая водницу, я быстро покинул кабинет и отвел девушку в ближайшую гостевую комнату, где уложил на кровать.

Несмотря на все протесты, Катя тут же уснула, а я пошел проведать воздушника. Оказалось, что его жизни ничего не угрожает, но на ближайшее время он оказался прикован к постели. Это жутко злило Филина, что выражалось в тихом шипении воздушника. Возле его постели сидела его жена, графиня Виначи.

– Как Катя? – спросил маг, только я зашел в комнату, чем заслужил недовольный взгляд супруги. Она вообще относилась ко мне с легкой неприязнью, но я так и не смог выяснить, в чем же дело.

Филин уверял, что все это лишь мои домыслы, и не более того. Спрашивать у самой графини было, как минимум, не тактично.

– Спит. Физически, вроде бы, не пострадала. А ты как?

– Паршиво. Врачи говорят, что буду лежать минимум две недели, – недовольно ответил приятель.

– Могло быть и хуже. Вообще первый раз вижу, что бы раны ни лечились магией.

– Заклинание было из разряда некромантии, повезло, что по касательной, а так все могло закончиться ампутацией ног.

– Ого, это же запрещенный раздел магии, – присвистнул я, делая заметку себе на будущее.

Нужно было внимательнее изучить способы защиты от таких структур. Не факт, что против некромантии спасет даже комплексная магия.

– Сильно вас король допрашивал? – поинтересовался воздушник. Коротко пересказав беседу, я заслужил недовольный взгляд Филина.

– Ничего другого придумать не мог? – поинтересовался он.

– Нет, предпочитаю не врать, да и трупы гвардейцев говорят очень о многом, – усмехнулся я. Если честно, то меня забавляло, как маги старательно поддерживали видимость своего могущества и безраздельной власти.

Даже мои друзья, которые не признавали большинство правил, все же стремились скрыть позорный раскол Академии.

Пожелав другу скорейшего выздоровления, я отправился спать. Интуиция подсказывала, что приключения только начинаются. Данное чувство лишь подогревало азарт.

Утро началось неожиданно, а главное опять рано. А именно, меня разбудило ментальное сообщение.