Академия Темных Искусств

– Гарсия дал мне одно заклинание для проветривания помещения, – морщась от боли сказал Джейк, копаясь в аптечке. Из его ладони сочилась кровь.

– Зачем? – спросил Адонис все еще пристально смотря на Гарсию. Было непонятно, кому именно был адресован вопрос, но Джейк воспринял это на свой счет.

– Да потому что ты куришь в комнате, а я не выношу дыма! – с прорезавшийся обидой в голосе ответил Джейк, нанося на руку целебную мазь.

– Гарсия, мать твою, может ты мне ответишь?! – вспылил Адонис, хлопнув ладонью по барьеру Гарсии.

Пальцы Адониса побелели, но рука осталась на барьере. Серый туман начал идти трещинами.

– Сними. Или я его проломлю, – Адонис едва ли не рычал.

Гарсия вскочил с кровати и встал прямо напротив Адониса. Пару долгих секунд они смотрели друг–другу в глаза. Питер с Джейком с опаской смотрели на них. Только драки сейчас не хватало. Гарсия отвел взгляд. И махнул рукой.

Полог защитного поля растаял в воздухе. Адонис опустил руку.

– Зачем? – уже спокойнее спросил Адонис

– Подумал, что Джейку полезно будет освоить пару заклинаний для самозащиты.

– Брешешь! Повеселиться тебе захотелось, – Адонис приблизил лицо к лицу Гарсии.

– Не буду отрицать. Но это должно пойти ему на пользу, – сказал Гарсия упрямо не поднимая взгляда.

– Пользу!? Да ты соврал мне! – Джейк вскочил.

– Да, пользу, – так же безучастно сказал Гарсия, – во–первых, он почти освоил боевое заклинание. Во–вторых, понял, что нельзя принимать на веру все, что тебе говорят.

– И в чем польза, Гамлет? В поврежденной руке? В разгромленной комнате? В том, что ты, мать твою, обманул Джейка, научив его БОЕВОМУ ПРИЕМУ, которого сам знать не должен?! В том, что дал этому идиоту вредить себе ПОКА САМ ТРУСЛИВО ХИХИКАЛ ПОД ЗАЩИТНЫМ ПОЛЕМ?! – воздух кипел от гнева Адониса.

 – Что дальше, Гамлет? М–м? Ребенку пистолет дашь? Кошку задушишь? Кем ты вообще себя возомнил?

– Заткнись, Цепеш, – Гарсия Гамлет не терпел нравоучений. – Ты кем себя вообразил? Думаешь, если потомственный, то можешь указаниями раскидываться?

По спине Питера, все это время молчаливо сидящего на кровати, пробежал озноб.

Гарсия перешел черту. Адонис Цепеш не любил, когда кто–то называл его по фамилии. А тем более, когда тыкал носом в его родословную.

– Вот как? А кто меня заставит, а, Гамлет? Ты что ли? – Адонис оскалился, чуть склонив голову на бок. По его ногам начали подниматься ручейки почти прозрачной энергии, собираться в области лопаток и сливаться в длинные тонкие нити.