Узник чести

Впрочем, мужчину нисколько не волновала история уникального оружия – Хейн испытывал к нему скорее профессиональный интерес. Намтор стал для него примером наивысшего мастерства в кузнечном деле, эталоном, на который стоит равняться. Помотав головой, чтобы отогнать нахлынувшие не к месту воспоминания, мужчина глотнул воды из фляги и грузно сел на скрипнувший деревянный табурет.

– Присмотри за лавкой, Квер! – крикнул он юноше, который уже второй год подрабатывал его подмастерьем. Молодой парень со смуглой кожей утвердительно кивнул и отвлекся на очередного покупателя.

– Как торговля сегодня, молотобоец? – улыбнулся проходивший мимо старик с длинной седой бородой.

– Пока не очень, – кивнул ему кузнец и снова отпил. – А ты все без дела шляешься?

– Ну как это – без дела? – Притворно оскорбившись, старик вытащил из-за пазухи стопку золотых монет. – Заметь, еще только полдень, и вот какой улов!

Хейнвил покачал головой, одобрительно цокая языком.

– Я не понимаю, Ловчила, как тебе это удается.

 – Кузнец с уважением посмотрел на приятеля, которому пошел уже седьмой десяток. Несмотря на почтенный возраст и трясущиеся в старческом треморе руки, этот человек умудрялся горстями тянуть золото у зазевавшихся толстосумов. – Однако ж смотри, а ну как поймают за лапу…

– Что-то подобное я уже слышал от тебя лет двадцать назад, сынок! – хохотнул Ловчила Нер, упрятав добычу обратно. – И за двадцать лет до этого тоже, правда, тебя, Хейн, и на свете еще…

Внезапно на город опустилась идеальная тишина.

Все жители без исключения замолчали в один миг, и даже вездесущий пустынный ветер перестал завывать между торговыми рядами. Люди невольно поворачивались лицом к Башне и взирали на нее, скованные непонятной силой. Она притягивала взгляд и не давала думать больше ни о чем.

Ловчила разинул рот, и с уголка его губ побежала струйка слюны, тут же теряясь в бороде. Хейнвил выронил флягу, из горлышка которой хлынула вода. Разливаясь по трещинам среди камней под ногами, как по руслу небольшой речки, она быстро впитывалась в землю.

Кузнец ощутил ледяную пустоту, родившуюся в том месте, где раньше билось его сердце, такое живое и теплое. Мужчина даже не мог вдохнуть – любое движение грудной клетки пронзало его тело морозными иглами. Все, что оставалось делать Хейну, впрочем, как и всем остальным жителям Денригена, это обреченно стоять и не шевелиться.

Прошло несколько бесконечно долгих секунд, и в Башне прогремел взрыв.