Охота на охотника

А ведь эти, воспроизведенные мной исключительно на слух, да еще и вырванные из контекста, татарско-шкабырские слова вполне могли прозвучать как все что угодно, вплоть до глубоко нецензурной брани…

– Я просто пытался изображать перед ним нечто, похожее на турецкий, а если точнее – на татарский язык, – ответил я, после краткого раздумья.

– Никакой это не татарский, – уверено сказала графинюшка. – А какая-то пошлая и дурацкая попытка пародии на него!

– Привыкайте, – усмехнулся я.

 – Все равно я не знаю турецкого, а на татарском могу разве что пустить по матери. Так что и дальше буду, по мере сил, комбинировать из трех пальцев. Можно подумать, гитлеровские погранцы или гестаповцы образованы настолько, что обучены понимать хоть какие-нибудь тюркские языки?

Графиня на это ничего не ответила…

История 2

Любительский спектакль с отсебятиной. Крутые повороты непростой шпионской жизни

Окраина города Каффштайн.

Район Ютеборг-Луккенвальде.

Около 50 км южнее Берлина.

Гитлеровская Германия.

13 августа 1944 г.

Каждую ночь нас буквально донимали ставшие уже привычными массированные авианалеты и сопутствующая им оголтелая зенитная пальба. Когда где-то в темноте над твоей головой натужно гудят проплывающие бомбовозы, по небу шарят лучи прожекторов, а зенитки крупных калибров долбят вверх столь усердно, что временами по крыше тарабанит железный дождь из относительно больших, возвращающихся из вышины осколков, не больно-то поспишь.

По идее, после воя сирен воздушной тревоги полагается немедленно ховаться куда-нибудь в убежище или подвал, и не стоит особо сетовать на несчастливую судьбу, если во время такого авианалета ты как дурак шляешься по улице и тебя убивает куском железа от авиабомбы или зенитного снаряда. Но, поскольку мы были фактически на нелегальном положении и засвечивать свою личность лишний раз не имели права, не оставалось ничего другого, как просто затыкать уши и внушать самим себе, что вокруг ничего особенного не происходит, а это не бомбежка, а «просто гроза».

Момент, когда на нас упадут уже не осколки, а полноценная фугаска, что характерно, не наступал, а значит, подобное самовнушение работало.

Вообще, вожделенный Каффштайн, к которому мы столь упорно стремились, оказался мелким, малонаселенным городишком, действительно с обещанным «научным» оттенком.