Охота на сопках Маньчжурии

Ещё когда шла война в Южной Африке, британские власти назначили за мою голову вознаграждение. Как, впрочем, и за многих других, кто тогда воевал там против них. Когда война закончилась, я перебрался в Анголу, но даже на матушкиной ферме было не слишком безопасно. Пришлось уехать в Европу, сменить имя и принять французское гражданство. А поскольку надо на что-то жить, стал пописывать в газеты.

Вслед за этим я широким жестом вынул из сумки рекомендательные письма и показал господам офицерам.

Майский и Зиновьев начали их с интересом читать.

А мелкотравчатый баронишко, словно вдруг что-то вспомнив, оглядел меня и выдал:

– О, да-а ф-фы с оружи-ием, госпо-один жуурна-алист? Подпору-учик Майский, вы что-оо – его не обыска-али?

– Этот идиот Овсюк оружие у иностранца не отобрал, – пожал плечами их благородие. – А я потом посмотрел – в бумагах указано, что господин Рейфорт имеет право на ношение. Так что особых оснований для конфискации оружия или личного досмотра я не вижу, господин барон…

Недомерок на это только нервно заморгал белёсыми ресницами.

– Что, хотите посмотреть это самое оружие, господа? – спросил я, упреждая его дальнейшие возможные вопросы, и якобы охотно достал тяжёлый «Маузер» из кобуры. – Действительно интересная машинка, господа. Перед тем как отправиться в Индокитай, непосредственно у Gebruder Mauser und Cie выписал по каталогу, с самой оружейной фабрики братьев Маузер в Оберндорфе…

Майский и Зиновьев, сразу же оставив в покое рекомендательные письма (их я сразу же убрал обратно в сумку), начали, словно малые дети (вот во все времена так: дай взрослому мужику в руки ствол – и он тут же превратится в дошкольника!), играться тяжёлым угловатым пистолетом, оценивающе взвешивая его в руках и целясь в окно, потолок и углы кабинета.

Правда, никаких случайных выстрелов всё-таки не последовало – как-никак, оба были людьми военными и с общим устройством такого пистолета, видимо, были знакомы. В руках раньше, возможно, и не держали, но рекламу разных там оружейных фирм с рисунками и схемами тогдашние господа офицеры явно почитывали.

Фон Пыхте-Скебиносс наблюдал за ними с явным неодобрением. Он явно не разделял их любопытства. Всё-таки какой-то неприятный он был, эта чухна белоглазая. А что, если…

– Да, вот что у меня ещё есть! – сказал я и, достав из внутреннего кармана кителя «лжебраунинг из будущего», сунул его в руку мелкому баронишке, пока два других офицера были плотно заняты «Маузером».