Охота в атомном аду

Точнее сказать, поскольку всё обеспечение на сей раз возложено на твою напарницу, ей, в числе прочего, был заранее выдан комплект документов, для тебя и её самой, в виде не вызывающих подозрений паспортов нескольких европейских государств и удостоверений личности находящихся на задании сотрудников спецслужб как западного, так и восточного военных блоков – ЦРУ, МИ-5, МИ-6, БНД, КГД, ГРУ, Штази. Последние выполнены на должном уровне и при обычной проверке вполне сойдут. Но вот проверка более детальная неизбежно покажет, что это «липа».

Так что старайтесь всё-таки не попадаться местным контрразведчикам…

Немаловажная деталь – оказывается, документы для меня они изготовили явно задолго до того, как соизволили в общих чертах сообщить о предстоящем. А если бы я взял и не согласился? Или у них есть какие-то радикальные способы убеждения, «предложения, от которых невозможно отказаться»? Рассуждая логически, получается – они меня уже зачислили в штат и поставили на все виды довольствия, или что-то типа того? Но уточнять это я, разумеется, не стал.

– Хорошенькие дела, – сказал я вместо этого. – Помнится, вы, было дело, всего лишь для введения в заблуждение полиции и спецслужб не поленились состряпать для меня дурацкую, но при этом довольно детальную легенду фальшивого турецкого торгаша. А сейчас мне, наоборот, явно придётся импровизировать. Однако спорить с вами я не буду. Да, только договоримся – точку входа, то есть место отправки, я опять выбираю сам!

– Идёт.

А в точке выхода тебя будет ждать сам знаешь кто…

Спасибо, обрадовала…

Сказав это, Блондинка до поры до времени исчезла.

Ну а на задание я ушёл, как мы и договорились, через сутки, душноватой и синей летней ночью. Экспериментально выяснено, что в четвёртом часу ночи (во всех флотах мира это время именуют не иначе, как «собачья вахта») в родном городе, как правило, нет ни прохожих, ни машин, ни пялящихся из-за занавесок любопытных с особо длинными глазами. И даже круглосуточные сторожа-охранники (в ряды которых в нынешней России записалась чуть ли не треть обленившегося мужского населения) уже дрыхнут.

А значит, те немногие, для кого моя жизнь представляет хоть какой-то интерес, будут думать, что в ту ночь я, как и все, мирно спал.

Поскольку в точке моего прибытия ожидался конец октября, вырядился я в то, в чём не замёрзну (не хватало ещё простыть!) и первое время не вызову подозрений и не буду выглядеть клошаром.