Иллюзия Праведности

Лань и лев по обе стороны одной скульптуры… Прекрасное зрелище! Но, к сожалению, не для Артуса. Поскольку молодой дворянин гулял здесь едва ли не каждый день, арка перестала вызывать у него интерес. В этот раз всё внимание юноши было нацелено не на неё, а на капитана рыцарей, который задумался и чудом успел пригнуться, пропустив зелёный хвост над своей головой.

Как только мужчины прошли через арку и оказались в саду, Артус почти сразу услышал приятный голос:

– Не ожидала тебя увидеть здесь, мой дорогой брат.

О, и капитан Эрик тут!

Юноша, следуя за нежным голосом, повернул голову влево, встретившись взглядом с симпатичной девушкой. Она была облачена в тёмно-синее платье, украшенное такими же серебристыми узорами, как и туника Артуса. Но, в отличие от юноши, цветной герб Баглернов на груди неожиданной спутницы выглядел более притягательно.

– Ансиель! – радостно прокричал Артус. – Рад встретить тебя здесь! Составишь нам компанию?

После этих слов, пока девушка ещё не успела ничего ответить, Эрик, слегка поклонившись, произнёс:

– Милорд, миледи, не смею вас отвлекать.

Да и герцог уже наверняка меня заждался.

– Да, конечно, капитан. Извините, что задержал вас, – ответил Артус, отмечая про себя, что даже в присутствии Ансиель Эрик не может говорить с ним как обычно.

– Очень жаль. Мне всегда была приятна компания ближайшего друга Артуса, – язвительно пролепетала хитрая сестрёнка.

Советник герцога не дрогнул после этих слов – он лишь отдал честь ударом в грудь и удалился.

После ухода Эрика Ансиель не стала терять время даром. Подойдя вплотную, она взяла Артуса под руку и пропела:

– Брат со мною не гуляет – я его не пощажу! Пусть кусается, пусть лает, но до ночи удержу!

Артус в ответ лишь провёл ладонью по лицу:

– Я же не собака, чтобы кусаться и лаять! Да и до ночи мы явно не задержимся – скоро ужин.

На юношу уставились недовольные зелёные глаза:

– Перед рифмой все равны! Только и умеешь критиковать!

Артусу вдруг вспомнилась сестра три года назад.

Юноша подумал, будь она такой же, как раньше, сейчас бы ему пришлось лицезреть красноречиво высунутый в направлении близнеца язык.

– Ладно, ладно, я сдаюсь. Рифма была красивая, – пришлось пойти на мировую.

Хмыкнув, Ансиель приняла серьёзное выражение лица, но стоило брату посмотреть в её сторону, как девушка не выдержала и засмеялась:

– Ха-ха! Ты всегда такой милый, Артус. Не будь мы близнецами, кто знает, может стали бы родственниками иначе.