Евка

Как подмастерье, сконцентрировано, вдохновленный образом своей музы, легким движением кисточки, рисует на своём полотне её черты, так и я, с каждым прикосновение узнавал её частицы, обводя своими руками уже не телефон, а все грани этой бархатистой кожи. Я был художником, который писал шедевр, вместо предыдущих попыток изобразить хоть что-то стоящее. И если заказ можно было изобразить в рамках определенного времени, не особо прилагая усилия, то это было похоже на собственную волю и познание каждого мазка по холсту без ограничения, лишь вдохновляясь и понимая в этот момент, о различие секса и акта любви.

Когда ты следуешь своим инстинктам, всё что ты получаешь это временное удовлетворение, которое рассеивается, как туман ранним утром и в момент снятия с твоего члена презерватива. Но секс с человеком, к которому ты испытываешь чувства, разительно отличается от перепихона по зову природы. Запах её роскошных, мягких волос окутывал меня, а её «Escentric Molecules 04» поражали своей стойкостью, увеличивая с каждым разом движения. Её тёплый свитер лежал уже на кровати, а она, в свою очередь, надо мной. Губы с привкусом сладости от десерта соприкасались с моими небрежными губами, вперемешку с желанием прикусить её язык. Обтягивающие джинсы явно мешали процессу, который усиливался с каждой минутой, от нежных поцелуев до охвата её ягодиц. Эта лишняя вещь была утилизирована в ближайшую сторону от кровати. Чёрное белье красиво подходило к её формам, особенно её трусики. Нагота приобрела оттенки картин классиков, где кроме белья не было ничего, но и от него постепенно мы избавлялись. Зная о том, что донести удовольствие, перво-наперво, нужно девушке, я начал брать инициативу в свои руки, и не только. Положив её на спину и плавно спускаясь вниз, я отодвинул её черные трусики, которые скрывали прекрасные половые губы. От одних губ я приступил к другим. Плавно, но с силой сжимая её маленькую грудь, я водил языком по всем мышцам влагалища для донесения удовольствия. Чувствовал изгибы её тела и легкие стоны. Понимал, где нужно прибавить темп, а где охладить, и нежно провести языком по контурам её тела. Мой «вертолёт» отлично выполнял свои функции полёта ввысь к облакам блаженства. Глядя на то, как её ноги испытывают мышечные судороги, а руки в волосах обводят каждую часть головы, я начал подниматься вверх, обводя кончиком языка её животик, как болид «формулы-1» направляющийся на пит-стоп. Она целовала мои губы с такой страстью, что до этого я не испытывал от неё.