Тропой мужества

– А нас провести сможешь?

– Ни, – замотал паренек белобрысой головой, – там ужо германци. Дакладна кажу!

– Куда провести?! – вскинулся лейтенант. – Приказа на отход не было!

– Приказа не было, – согласился Якушев. – Но нас осталось три десятка. А патронов на двадцать минут боя. Гранат вообще нет. Там, – и сержант показал на запад, – на нас до полка прет. Ляжем тут все. А потом немцы в тыл дивизии ударят. Если уходить, то вместе. Прорываться. Кто-нибудь до наших дойдет. Так шансов больше.

Лейтенант не ответил.

Сержант приподнялся и заглянул за бруствер. Танки по-прежнему стояли у опушки. Вражеской пехоты не наблюдалось. Обстрел прекратился.

– Что-то затеяли…

Пулеметная очередь грянула неожиданно. Бил трофей на правом фланге, и похоже, в сторону поля.

– Немцы!

– К бою! – крикнули одновременно лейтенант и старшина.

Перебежками, меж разрушенных хат и сараев, бойцы кинулись к восточному склону.

– Как хреново-то, – хрипел на бегу старшина, – там у нас даже стрелковых ячеек нет, только часть окопа слева…

Добежали до чудом уцелевшего хлева на восточной околице.

Выглянули. Немцы шли от леса.

– До роты, – сказал лейтенант и еще больше побледнел.

Якушев тоже внимательно осмотрел атакующего врага.

– Два взвода, – уточнил он. – Тоже не сахар. Хреново то, что у них до восьми пулеметов может быть.

Солидно заработал «дегтярев», следом открыл огонь второй трофейный MG. Захлопали трехлинейки бойцов, рассредоточившихся по разрушенным домам и сараям.

Степан стрелял, считая каждый патрон.

Мазать нельзя. Боеприпасов осталось ничтожно мало. И он не ма зал.

От леса ударили немецкие пулеметы. По срубу часто забарабанило, перемалывая древесину в труху. Убило бойца слева. Вскрикнул старшина. Он отполз и начал заматывать раненую ногу.

«Дегтярев» перенес огонь на опушку, стараясь погасить вражеские пулеметы, а трофейные продолжали работать по полю. Наконец немцы не выдержали и залегли. Потом начали отползать, оттаскивая раненых, а на поле осталось десятка два неподвижных тел.

– Вроде отбились, – пробормотал Воронин.

– Ты как? – спросил его Степан.

– Терпимо. Но теперь не ходок я. Сейчас «дегтярева» заберу. Больше проку от меня будет. Что там немцы?

– Отошли.

Якушев осторожно выглянул и принялся наблюдать.

– Сержант, а откуда тебе известно, что у немцев восемь пулеметов? – спросил лейтенант.

– По штату у них во взводе четыре ручника, – ответил сержант, и тут он заметил шевеление в глубине леса.