Тропой мужества

И то, что я тебе скажу, точно не понравится».

«Посмотрим… – ответил Михаил и, чуть подув на варево, положил его в рот. – М-м-м, с ума сойти! Это же амброзия!»

«Ага, на голодный желудок все съедобное амброзия! – согласился голос. – Однако зеленые щи действительно вкусны».

«Это ты виноват, что я сегодня ничего не ел, – буркнул Маевский. – До сих пор не могу понять, как ты смог меня убедить поменять целую банку тушенки на пару тетрадей и карандаш».

«Пришлось, извини, но такую возможность упускать нельзя. А селяне просто так ничего тебе не дали бы.

«Это по реакции Степанова было видно. Кстати, а что означает – Ярцево и дата?»

«Это касается только генерала, – ответил голос и после непродолжительного молчания, добавил: – Это дата и место его смерти».

Ложка замерла на полпути.

«Я знаю – кто ты!» – заявил Маевский, глотая порцию щей.

«И кто же?»

«Дух! Человек, умерший когда-то. Только духи знают будущее».

Михаил невольно хихикнул, не сразу поняв, что это не его реакция, а альтер эго.

«Да? – весело спросил голос. – И чей же я дух?»

«Ну… – задумался Михаил, – бабушка Достоевского вызывала Грибоедова…»

«И Наполеона тоже, – хмыкнул голос. – Да, я знаю будущее, но я не дух».

«А кто же еще?»

«Это сложно объяснить, я такой же человек, как и ты, но в данный момент я разумная система полей. Временно, конечно».

Михаил даже жевать перестал. Замер, открыв рот от изумления.

«А это возможно?» – наконец мысленно спросил он.

«Возможно.

«Из будущего… – потрясенно повторил Маевский, – а я думал, что сошел с ума и у меня раздвоение личности».

«Кстати, я почти все о тебе знаю, а ты обо мне нет. Так что будем знакомы – меня зовут Свешников Павел Анатольевич, мне двадцать три года, учусь на физфаке».

«А…» – но спросить Михаил не успел, в комнату вошел капитан Перепелкин и недобро уставился на студента. Отчего тот даже поежился.

– Поел? – наконец спросил он.

– Да, спасибо. – Маевский положил котелок и ложку на стол.

– Тогда пошли, – усмехнулся капитан, – шпион, мать твою…

Глава 6

Тропа петляла по березовой роще. Если бы не отчетливо слышимая канонада, то можно подумать, что никакой войны нет. Михаил прислушался и понял, что грохот канонады стал ближе, а еще в обед отзвук был еле слышен.

«Бесполезно все», – подумал Маевский.

«А ты думал, что все сразу поменяется? – спросил гость.