Братство магов. Мертвый некромант

Некоторое время соперники кружили, присматриваясь друг к другу, затем тварь, не выдержав затянувшейся паузы, атаковала. Стремительный бросок вперед… Вытянутые руки, ногти на которых в один миг превратились в длинные кривые когти… Воин принял чудовище на клинок, но рухнул на землю под тяжестью его тела.

– Что? – расхохотался драгур, болтаясь на клинке, чей кончик вышел у него со спины. – Непривычно? А я-то думаю, что за смельчак вдруг решил прокрасться за мной. Ну ничего, забрать у вас документы сразу не получилось, но теперь вы разделились, и вестовых осталось всего двое.

Один будет спать, второй караулить товарища, пока и его не сморит сон, а тут уж придет и мой черед.

– Рановато ты списал меня со счетов, – Суни рывком подбросил тело драгура и, оставив в его холодной груди оружие, стремительно откатился в сторону. Мысленно он понимал, что в одиночку ему с Бартом не справиться. Нужно было бежать назад и, вскочив на коня, гнать, что есть духу, по проселочной дороге, чтобы предупредить об опасности командора и рыжебородого, но у демона были иные планы.

– Стой, – хохотнул немертвый и, вырвав из груди меч, швырнул его на мокрую траву. – Ты куда-то собрался? Жаль, я ведь только начал игру.

– Игру, говоришь? – стремительный рывок, и вырвавшаяся из рук Суни серебряная молния с мерзким чавкающим звуком вошла в глазницу мертвеца. Заветный метательный нож, который он носил на всякий случай. – Скажи, драгур, станет ли игра интереснее, если твоя личина вдруг лишится глаз?.

.

Глава 8

Неуверенно озираясь по сторонам, Фридрих поспешил по парковой дорожке в направлении шатра. Парк, разбитый в стиле магического минимализма, благоухал и в то же время оставался строгим в своем зеленом великолепии. Но Фридрих Бати чувствовал себя тут неуютно. Его смущали не изящные кроны тщательно подстриженных деревьев, чистые дорожки и высокие стены университета, видневшегося неподалеку. Ему не давал покоя собственный внешний вид. Черная, опаленная по краям дыра на штанах была едва прикрыта длинной рубахой, а та изорвана мерзким колючим кустарником, в который Фридрих приземлился, отскочив от забора.

К довершению всего отчаянно болела левая кисть, а на щеке, прямо под глазом, красовались три ровные длинные царапины. Поравнявшись с фонтаном, сын фермера с тоской посмотрел на свое помятое отражение в воде и печально поцокал языком. Но делать было нечего, царапины так просто не спрячешь.