Алеста. Сквозь сны. Рождение хамелеона

Тогда я жалела, что мы не попали к ней сразу, быть может, я свободнее владела бы английским. Елена Александровна не уделяла огромного времени грамматике, она общалась с нами, и я как-то незаметно для себя стала поддерживать разговор, именно она сказала, что я смогу освоить любой язык, если захочу, потому что не боюсь разговаривать.

В том же году я с отличием закончила художественную школу, сама своему красному диплому до сих пор удивляюсь. На самом деле спасибо маме, если бы не она, то я бы бросила курсе на третьем, а так прошла до конца.

В качестве выпускной работы выбрала гобелен, которым заработала пятерку, ну а по истории искусств мне достался один из необычных художников, нарисовавший произведение, которое до сих пор терзает умы людей своими четырьмя правильными углами. Ну как достался, я выбрала сама, пока писала о нём, сильно пожалела. Мне пришлось облазить кучу сайтов, а чтоб вы понимали, каждый из них грузился минут по пять тогда. Кроме того, я обошла все библиотеки в городе, чтобы насобирать нужное количество информации. И даже это мне не совсем помогло, потому как одни источники утверждали, что он закончил одно училище, другие обозначали два, а в третьих источниках было написано, что он вообще нигде не учился! В один момент я даже стала ругаться о том, что, видимо, нужно у него самого спросить, но быстро одумалась, потому как вдруг и правда явится, мне, конечно, никогда не являлись давно умершие, но кто же его знает? И проговорила про себя: «Не надо, я сама как-нибудь». К тому времени я повзрослела, насмотрелась разных фильмов и стала побаиваться этой своей способности. Хорошо, что хотя бы с описанием работ и направлений, в которых работал художник, проблем не было. Мне нравились его работы, они чем-то цепляли, вот только не та, о которой знают все, не квадрат, другие его работы. Мне безумно нравился его кубофутуризм, и я не могла для себя объяснить, почему он ушёл совсем в простые геометрические формы, разве что это был какой-то протест, ну или, как пишут некоторые эксперты, попытка создать новую религию, с его-то характером. Не знаю, как я почувствовала этот его характер, не спрашивайте, может, с описаний скандалов, может, с самих картин, но абсолютно точно после своей работы я стала относиться к этому мастеру иначе, глубже, что ли.