Исходный код

Ствол карабина дернулся вверх, прицел встал напротив хари и, передернув цевье, Всеволод на выдохе нажал на курок. Башку твари разметало по комнате мелкими кусками. Лишившись своей основной достопримечательности, та рухнула на пол, пульсируя струей крови из шеи.

– Матерь божья, – спешно отступил в сторону Семен, указывая на труп дрожащей рукой. – Что это было?

– Ну то, что матерь, это еще могу понять, а вот на счет божья я бы усомнился. Это, похоже, тоже моя фантазия, а впереди еще пара месяцев в Гудермесе да спецоперации по зеленке, так что держись, Сема.

– Я наружу не пойду, – замотал головой Давыдов. – Если это, – дрожащий палец аналитика вновь указал на чудище, – цветочки, то что же будет, когда ягодки пойдут?

– Хочу напомнить, – Всеволод осторожно потыкал зверотещу прикладом и, убедившись, что больше она докучать не будет, осторожно выглянул наружу, – что таких вот красавцев может быть еще много, и все они почти наверняка решат заглянуть на огонек. Интересно, как она передвигалась?

– Наверное, на руках.

 – Немного отойдя от шока, Семен подошел к остывающей туше. Верх, как всегда, взяло нездоровое любопытство. Он присел на корточки и начал изучать существо. – Ноги намеренно не развиты. Либо его собрали из запчастей, либо специально выращивали вроде китайских карликов. И кровищи-то, кровищи, будто ведро вылили, а в такую тушу, хоть и здорова, столько не влезет.

– Ты пока стой на стреме, а я покопаюсь в хабаре, – решил Всеволод и, всучив Семену карабин, шагнул к сундуку. – Обращаться умеешь?

– А то!

– Ну вот и карауль тогда.

– Слушай, Всеволод, – Семен выглянул в унылый обветшалый от времени коридор и потянул носом сырой воздух, – значит, версию хмыря из телика берем за рабочую?

– А куда деваться? – Курехин задержался около трупа монстра, а потом, махнув рукой, шагнул к сундуку. – В нашем, настоящем мире, такие твари точно не существуют.

Содержимое ящика его приятно поразило. Крыса из телевизора играла по-крупному, но и своим жертвам давала шанс на выживание.

Простой человек, вроде Давыдова, не нашел бы применения половине всего, что оказалось в «Пещере Аладдина», но у старого вояки Курехина просто глаза разбегались.

Гранаты, десять штук. Колобашки РПГ-40, уложенные рядком, будто сонные поросята, в свое время верой и правдой служили дедам и отцам в тяжелые времена Второй мировой. Специальных креплений у них не было. Боец, вооруженный таким нехитрым оружием, должен был носить их, засунув за ремень. Старо, но действенно.