Исходный код

 – Ты меня в гроб хочешь вогнать? У тебя же работа сидячая! С цифрами, а не с бандитами! Для этого ОМОН есть!

– Успокойся и не нервничай. – Курехин сбросил ботинки, прошел к шкафу и начал стягивать опостылевший за день костюм. Джинсы и кеды, ну, может, еще любимая джинсовая куртка, настолько бесформенная, что без труда скрывала кобуру с оружием. Светлана порывалась выбросить любимый предмет гардероба Всеволода, пустить его на тряпки или просто засунуть в мусоропровод, постоянно пыталась купить ему что-то более приличное, но оперативник был бдителен и потому остался при своих.

 – Света, где моя футболка с рыбьим скелетом? Та, что мы взяли в Амстердаме?

Ответом ему были всхлипы. Майор прошел в прихожую, приобнял жену за плечи, погладил по голове, попытался успокоить. На более действенные способы времени не оставалось, так что в ход пошли слова.

– Да я клянусь тебе, любимая, все нормально, – зашептал он на ухо Светлане. – Ранка там как порез, ей-богу.

Наши медики уже все обработали.

– Знаю я ваши ранки. На тебе и так живого места нет! Два огнестрельных, четыре ножевых, теперь вот это! – повысила голос Светлана.

Увещеваниями и нежным любовным бредом поток бурных возражений кое-как удалось остановить.

– А теперь куда? – немного успокоившись, поинтересовалась Светлана. Слегка покрасневший носик и готовые вот-вот наполниться слезами глаза не сулили Всеволоду ничего хорошего.

– Неурочка, – осторожно поделился Курехин из-за дверцы шкафа.

Джинсы он уже разыскал, осталось дело за футболкой.

– Какая еще неурочка может быть при твоей работе? Байты с битами некому перемешивать?

Светлана прошла к шкафу и, заглянув за дверцу, внимательно посмотрела на Курехина.

Маленькая рыжеволосая бестия с высоким лбом и замашками южноамериканского диктатора встретилась со Всеволодом еще в пору его учебы в милицейской академии. Курехин учился, а она была уже вполне состоявшейся личностью, экономистом с дипломом, и зарабатывала неплохие деньги.

Познакомились они на какой-то вечеринке, куда Свету затащил кто-то из общих друзей, и, как водится, закрутилось.

Светлана была упряма, умна и крайне мнительна в отношении всех лиц мужского пола. В ту пору, веселый и смешливый, без седины на висках и трех медалей за храбрость, Курехин очаровал ее своей непосредственностью в общении и четкими взглядами на жизнь. Сева сказал, Сева сделал.