Негоциант

Электрокар Подольских притормозил на зеленой лужайке, около одноэтажного строения серого камня, стены которого так плотно опутывались плющом, что создавали впечатление не то что древности, а ветхости строения.

Увидев наше со Славиком недоумение, старик вновь довольно рассмеялся.

– Это уже мои биологи постарались, – пояснил он, кряхтя выбираясь с водительского сиденья. – Дом был построен с таким расчетом, чтобы на любой, даже самый притязательный взгляд казаться старинным до чертиков. Такой он, вы понимаете, только с виду.

Внутри же есть все удобства и блага современной цивилизации, с которыми, чем старше становишься, тем тяжелей расстаться. Вы еще молодые, полные сил и бесшабашного энтузиазма. Я же настолько свыкся со всем, что меня окружает, что дня себе не могу представить без удобного кресла-качалки с пледом по вечерам и бокала вина перед сном.

Преодолев парадную дверь, мы оказались в маленькой, скромно обставленной гостиной, овальный стол в которой уже был накрыт на три персоны.

Тосты, масло, яйца всмятку и ароматный кофе в белом фарфоре среди накрахмаленных салфеток только и дожидались нашего прихода.

– Присаживайтесь, – кивнул Подольских в сторону накрытого стола, – а я на пару минут вас оставлю. – И исчез в недрах дома, предоставив нам самим разбираться с маленьким благоухающим праздником желудка.

Усевшись за стол, мы принялись разливать кофе и мазать тосты маслом, то и дело поглядывая на дверь, за которой исчез хозяин дома. Подольских, впрочем, не заставил себя долго ждать, появившись на пороге уже в халате и мягких тапках на босу ногу, и, плюхнувшись на свободный стул, с воодушевлением принялся расправляться с вареным яйцом.

– Извините меня, господа, стариковские привычки, – пояснил он свой внешний вид. – Как ни крути, но за десятки лет я привык завтракать в халате, и если могу себе позволить эту маленькую слабость, то почему бы и нет.

– Вольному воля, – кивнул я, пробуя свежезаваренный кофе. – Так что по поводу вопросов?

– Экий вы любопытный, – хмыкнул Семен Петрович, цепляя краешек облупленного яйца ложкой.

 – Вроде уже все тайны мира вам открыл, а им все мало.

– Позвольте все-таки полюбопытствовать, – не спешил сдаваться я.

– Извольте. – Старик присыпал яйцо из солонки и отправил ложку в рот. – В конце концов, предупрежден, следовательно, вооружен.

– Куда делся мой предшественник? – задал я занимающий меня с недавнего времени вопрос.