Меч, подобный распятью II

– Простите, что ввязываюсь в ваш разговор, – сказал он, на время забыв о прекрасной трактирщице, – но случайно я услышал, что вы крестоносцы, так же, как я. И не мог оставить без внимания данное совпадение. Меня зовут Яблочным Джеком – у меня яблоки на гербе…

Такое окончание речи насмешило Артура, но он сумел сдержать улыбку.

– И вправду, занятный случай, что судьба собрала нас всех в одно время в этом трактире, – промолвил Бэртон. – Хотя сейчас в этом нет ничего столь уж особенного – теперь почти каждый нашивает на плащ крест и отправляется на Восток.

Впрочем, какой-то знак провидения в нашей встрече, наверное, все-таки есть…

Трактирщица принесла еще эля, сидра и хлеба. Джек присел за их стол. Они наполнили кружки и, от души стукнув ими, продолжили разговор.

Крестоносцы обсуждали положение дел на Востоке и обменивались слухами, спорили о полководческих способностях Саладина и Ричарда Львиное Сердце. Постепенно рыцари пьянели, разговор их приобретал все более задиристый тон. Они начали хвастаться и обмениваться колкостями.

– Какой у вас девиз, Бан? – спрашивал Артур.

– «Тверд, как камень», – коротко отвечал немногословный Бан и вновь утыкался в кружку.

– А у вас, Джефферсон?

Тот терялся.

– Он написан латынью… – наконец сконфуженно говорил Кристофер.

Никто в компании (включая самого Джефферсона) латинского языка не знал, и потому надпись на его гербе, увы, осталась загадкой. Это очень развеселило остальных.

– А ваш герб что означает, Бэртон? – спросил Джек.

– Это просто: лев знаменит не клыками, но храбростью…

– А почему лев серебряный? Не хватило денег на золотого? – забывшись, без всякой задней мысли в шутку выпалил Джек. Остро?та показалась ему очень удачной, и на самом деле он вовсе не хотел обидеть Артура Бэртона. Однако опрометчивые слова задели гордость рыцаря с серебряным хищником. Тщеславный Артур не мог смолчать.

– Серебряный цвет кажется мне более красивым, чем золотой, – холодно ответил он, – и, уж, конечно, более красивым, чем зеленый.

Что же касается льва, то он хоть золотой, хоть серебряный, хоть любого другого цвета, с хрустом съест всякое яблоко и не подавится!

Это был уже переход на личности, но все же первую ошибку допустил Джек. Не стоило задевать такого человека как Артур Бэртон. Тем не менее Джек был уже слишком пьян, чтобы осознать собственную неправоту. Выпивка придала ему храбрости, и он решил попрепираться.

– Не съест, – сказал он.

Бэртон начал розоветь.