Меч, подобный распятью

Все вместе мы живем тем, что Господь пошлет нам от щедрот своих, и, бывает, довольствуемся малым, зато свободны почти как странники…

– Солнце так красиво освещает окрестности, – промолвила Аделина, приблизившись еще на полшага. – В твоем доме закаты тоже красивы?

– Да, – сказал Дик, – солнце везде прекрасно, так же как и дочери герцогов.

– О, Ричард, ты смущаешь меня, – засмеялась Аделина. Их разделяло еще шага три. – Как интересно ты говоришь, Дик, – продолжила девушка. – Дочери герцогов прекрасны везде, а кто же прекраснее всех из них, Ричард? – спросила она вдруг с внезапным волнением.

– Прекрасней всех та, что всех лучше, Аделина, а лучше всех та, которая передо мной, – ответил Дик.

Аделина расцвела от удовольствия. Их разделяло всего три шага, но она не смела сделать их. Внезапно ею овладела робость, она не решалась идти вперед. Передав это право Ричарду, Аделина замерла на месте, подавшись к нему, и тихо прошептала:

– Сэр Ричард, я принесла ваш приз, подойдите и возьмите его.

Мгновенно преодолев разделяющее их пространство, он привлек ее к себе и поцеловал… Закат смешивал краски. Природа и небо украдкой смотрели на них. Солнце опускалось все ниже, и полумрак постепенно окутывал землю, скрывая их ото всех. Заросли цветущей сирени потонули в ночной тишине, на небе показался месяц, озарив мир лунным светом…

– Мне надо идти, Дик, – прошептала Аделина, пытаясь высвободиться из объятий Ричарда.

– Когда я вновь увижу тебя? – спросил он.

– Завтра, может быть, завтра, жди меня вечером здесь, я приду, если получится тайно отлучиться из замка…

Аделина ушла.

Легкая тень выпорхнула из зарослей и побежала, шурша, по траве в сторону крепости. Дик же, рассудив, что до дома идти далеко, остался ночевать в сирени, под ясной луной, с легким сердцем и на свежем воздухе.

С первыми лучами солнца Ричард проснулся. Утренняя прохлада сразу взбодрила его, стряхнув с него сон. Дик потянулся, вздохнул полной грудью и, выбравшись из кустов, пошел домой.

Вокруг ярко зеленела листва, вовсю пели птицы, восходящее солнце, омывшееся за ночь в подземных водах колодцев и родников, проливало на землю свет, медленно поднимаясь над горизонтом. Дик посмотрел на восток, щурясь от слепящих лучей. Там за многими странами и морями лежала земля, за которую уже второй век насмерть бились Крест с Полумесяцем… Палестина… Но в то утро Ричард не думал об этом. В его душе, так же как и вокруг, пели птицы и светило солнце.