Меч, подобный распятью

– Господа, может, закончим эти бесполезные препирательства и пойдем на луг за харчевней, – предложил один из сопровождающих хозяина воришки людей, – и там выясним наши разногласия?

Артур равнодушно и насмешливо пожал плечами, Бан никак не отреагировал, общее мнение выразил Ричард, сказав:

– Хорошо!

В сражении на мечах их выходило трое на трое, слуга не участвовал в поединке сеньоров, а Джек еще не пришел в себя, он ведь не знал заранее, что придется драться, поэтому пьяный мирно спал на лавке.

Покинув таверну, противники вышли на просторный пустырь за ней и, разбившись на пары, приготовились к бою.

– Правила чести обязуют нас представиться друг другу, – промолвил сэр Бэртон, крайне щепетильный в вопросах рыцарского поведения.

Друзья назвали свои имена.

– Альфред Мор, – сказал предводитель затеявших ссору. Как звали его соратников, для дальнейшего повествования неинтересно.

Вынув и скрестив мечи, рыцари начали поединок. Бэртон великолепно рубился. Бан больше защищался, чем нападал, однако защита его была безупречна.

Это устраивало Ричарда, который сражался с Мором. Дик не хотел доводить дело до смертей из-за такого малого в сущности повода. Он рассчитывал лишь покружить с мечами по траве и, устав, бескровно разойтись. Но Артур Бэртон умел драться только насмерть. Он слишком серьезно воспринимал все в жизни. Поэтому через несколько минут он убил своего противника.

В отличие от Артура Дик не умел убивать. Вид неподвижного тела и крови, разлившейся по траве, словно обдал его морозом, мурашками пробежавшим по коже.

Бэртон хладнокровно присоединился к сражавшемуся Бану и сразу же ранил его противника в руку.

Альфред Мор, почувствовав неблагоприятное для него развитие событий, бежал с поля боя, скомандовав своему слуге и оставшемуся еще в живых союзнику следовать за ним. Друзья не стали их преследовать.

Переводя дух, Ричард оглядывал место первого в его жизни настоящего сражения. Как странно устроен мир: этим утром из-за какой-то гусыни один человек был убит, а пятеро других обрели смертельных врагов на всю оставшуюся жизнь… Поразительно складываются судьбы.

Эта птица уже должна была быть зажарена и съедена тем человеком, который сейчас, сам убитый из-за нее, лежал на траве…

– Надо пойти забрать из таверны ту гусыню и отнести ее старухе, – наконец сказал Ричард, – чтобы все это хоть в какой-то степени имело смысл…

Остальные согласились с ним.