Меч, подобный распятью

Артур и Дик, поддерживая раненого Бана, бежали по улицам Акры, а сарацины гнались за ними. Мусульмане трубили тревогу, крича, что крестоносцы в городе. Рыцарям повезло, что все сарацины, бывшие вместе с ними в притоне, были одурманены гашишем и не могли очень быстро бежать, прочие же защитники Акры еще не разобрались, в чем дело. Только этим да еще заступничеством Пресвятой Богородицы и можно объяснить то, что они каким-то чудом все-таки добрались до стен и, вскарабкавшись по своим веревкам, вырвались на свободу.

Акра гудела, как потревоженный улей. Но крестоносцы уже были далеко, скрываясь в сумерках, они добрались до христианского лагеря. Здесь друзей встретил Гарольд. Он с чувством поблагодарил их за спасение его семьи.

– А ты все не верил, что Бог существует… – весело сказал Бэртону Дик.

Спустя несколько дней Гарольд погиб в сражении.

– Ну вот и гадай теперь, Ричард, есть ли Бог… – грустно сказал Артур Бэртон.

IV. Ричард и Фатима

Бан был ранен не тяжело.

Уже через неделю он встал на ноги. Вылазка в Акру прославила друзей, снискав им славу отчаянных храбрецов и героев. Особенно много внимания досталось из-за ранения Бану, и, честно говоря, ему это порядком льстило. Когда поблизости были дамы или просто доступные женщины, он сразу вживался в образ победителя сарацин и смотрелся очень искренне, разве что Артур мог сказать ему: «Бан, дружище, ты опять хромаешь не на ту ногу». Семью Гарольда Бэртон отправил на корабле в Европу.

Жизнь странствующих рыцарей, ставшая уже обычной для компании Ричарда, полная опасностей и приключений, текла своим чередом.

Осада Птолемаиды продолжалась, истощая силы крестоносцев и мусульман. Дик часто вспоминал Аделину, но иногда его мысли стали обращаться к черноволосой красавице, танцевавшей перед ним в Акре.

Время проходило быстро. Однажды друзья сидели, распивая дрянную брагу. Даже у лорда Джефферсона не имелось хороших напитков, тем более их не было у простых крестоносцев, поэтому рыцарям приходилось довольствоваться тем, что получалось достать.

Кристофер Джефферсон тоже присоединился к ним. Он пил, но морщился.

– Хорошо бы сейчас отведать греческого вина из Византии, – мечтательно сказал он.

– Неплохо бы, – согласился с ним Бэртон.

– А мне и брага пойдет, – смеясь сказал Джек. Они вновь наполнили стаканы.

– А ведь по пустыням идут караваны, груженные всем на свете… – задумчиво продолжал Джефферсон, не слушая Джека.